Рокотов екатерина 2 портрет: Портрет Екатерины II — Третьяковская галерея

Содержание

Портрет Екатерины II (1763 год), Фёдор Степанович Рокотов

Портрет Екатерины II — Фёдор Степанович Рокотов. 1763. Холст, масло. 155,5 х 139 см


   Этот портрет был наиболее любим российской императрицей Екатериной II среди всех многочисленных ее парадных изображений. Он отражает все принципы формирования торжественных портретов правящей элиты и был приурочен к моменту коронации великой императрицы. Ее «золотой век» еще впереди, но на портрете она уже выступает как великая правительница, могучая и мудрая «мать Отечества».

   На картине можно найти все традиционные принципы парадного изображения, которые отсылают нас к классическим методам изображения царей, разработанных еще во времена Древнего Рима. На самом деле на полотне много отсылок к этому времени. Например, композиция картины с запечатленной на троне императрицей сразу указывает на ее главенствующее положение в обществе, недосягаемое для остальных смертных.

   Екатерина II изображена в профиль, что также характерно для античности. Ее лицо четко читается на фоне смутно видимой на заднем плане классической архитектуры с массивной колонной. Он выглядит совсем также, как и профили великих римских императоров на монетах и медалях времен античности.

   Полотно впечатляет не только своей композицией, но и обилием сложных деталей. Для парадного одеяния императрицы использовались самые дорогие материалы — парча, тафта, шелк, муар, органза и кружево, золотое шитье — изображать которые чрезвычайно трудно. Художник мастерски справился с поставленной перед ним задачей. Он в подробностях выписал каждый элемент одежды и украшений, сумев объединить их цветом и светом так, что возникает ощущение целостности и гармонии на самом высоком уровне.

   Цветовая гамма парадного портрета радует своей свежестью и нарядностью. В платье императрицы преобладают нежные и светлые жемчужные оттенки, которые прекрасно гармонируют с ее белоснежной кожей и белокурыми волосами, уложенными в замысловатую модную в те времена прическу. Внимание привлекают два ярких контрастных пятна, которые, однако, не «вылезают» на передний план благодаря использованию художником смягченных, «припыленных» оттенков. Это алая обивка трона в богатой золоченой резной деревянной раме и муаровая орденская лента голубого цвета, перекинутая через плечо государыни. Эти яркие краски и темная массивная драпировка в складках на заднем плане разбивают и дополняют светлые переливчатые оттенки коронационного богатого наряда.

   Портрет демонстрирует нам сильную волевую женщину, самим богом выбранную править своей огромной страной.

Портреты Фёдора Рокотова в собрании Государственного исторического музея

Фёдор Степанович Рокотов

1735/36–1808

Фёдор Рокотов — крупнейший портретист и одна из значительных фигур русского искусства XVIII в.

Будущий художник родился в подмосковном имении князя П. И. Репнина в Воронцово. Работы способного юноши были замечены Иваном Шуваловым, знаменитым меценатом, отбиравшим молодые таланты для создаваемой Императорской Академии художеств. Будучи приверженцем идеи создания самостоятельной русской художественной школы, Шувалов пригласил Рокотова в Петербург. В 1757 г. юноша начал своё обучение в Академии художеств, которая на тот момент располагалась в доме Шувалова. Собрание картин западноевропейских художников произвело огромное впечатление на Рокотова — он даже запечатлел интерьер петербургского дома Шувалова на одной из своих работ.

В столице Фёдор Рокотов поступил в Сухопутный шляхетский корпус, где написал несколько кадетских портретов.

Благодаря высокому покровительству Рокотов попал в круг людей, тесно связанных с искусством и получил возможность исполнять весьма ответственные заказы.

В 1758 г. художник написал портрет наследника престола, будущего императора Петра III. За этим портретом последовали детские портреты великого князя Павла Петровича, портреты И. И. Шувалова и его родственников, Г. Г. Орлова и его брата Ивана. В 1763 г. Рокотов был приглашён в Москву писать коронационный портрет Екатерины II. Современник (академик Штелин), посетивший в 1764 г. мастерскую Рокотова, увидел в ней около сорока портретов, «в которых были окончены одне головы». Это количество работ свидетельствует не только о блестящем успехе молодого живописца, но и о его невероятной работоспособности. Он был автором многочисленных камерных портретов современников, в которых стремился передать эмоции и характер моделей. Портреты художнику заказывали многие петербургские дворяне и члены императорской семьи.

Творчество Фёдора Рокотова объединило европейскую и национальную художественные традиции. Как каждый крупный портретист Рокотов имел и дар исторического живописца, запечатлевая внешние приметы времени — в мундирах, орденах, моде, но главное — передавал «исторические характеры» и сам дух времени в образах своих портретов — будь то монаршее величие, сановная важность или внимательная благосклонность его героев.

Большую часть работ коллекции Исторического музея составляют произведения 1770‑х гг. — центрального периода творчества художника, когда он создал свой неповторимый тип камерного портрета. Рокотов умел убедительно передать представление об уникальности и драгоценности каждой человеческой души, оценить ее достоинство, почувствовать её глубину и трепетность. Герои его портретов — люди разных возрастов, судеб и характеров: это — В. И. Стрешнев, переживший долгие годы опалы при Елизавете Петровне, известная московская красавица Васильчикова, мать большого семейства Ф. Н. Ржевская, юные кузины княжна М. А. Волконская и княгиня А. Ф. Белосельская. Один из наиболее глубоких в творчестве Рокотова — образ поэта А. П. Сумарокова.

Редкие не только для творчества Рокотова, но и для всего искусства XVIII в. изображения детей представлены в собрании Исторического музея портретами двух совсем маленьких персонажей — Александры Глебовой и великого князя Александра Павловича. Они приоткрывают ещё одну привлекательную страницу творчества мастера, сумевшего в своих детских образах почувствовать «тайну детства».

Неизвестный художник. Портрет Екатерины II

 Век Просвещения с его новым взглядом на мир, идеями равенства, уважения к личности, разумного устройства общества был той благодатной почвой, которая питала русскую культуру второй половины XVIII века. Характерная для классицизма – основного художественного направления эпохи – “программа общественных добродетелей” осуществлялась в частности и в искусстве портрета, где важное место занял образ “первой гражданки отечества” – мудрой государыни, пекущейся прежде всего о благе своих подданных. Прославляющие императрицу и ее царствование живописные и скульптурные произведения создавали многие русские и иностранные мастера, работавшие в России во второй половине XVIII века: Рокотов, Левицкий, Шубин, Каравак, Лампи, Рослин. Классическим образцом подобного изображения может служить портрет Екатерины II, созданный неизвестным художником в конце 1770-х гг.

Портрет поступил в коллекцию музея в 1947 году из Государственного Русского музея Петербурга и ранее находился в собрании Смольного института благородных девиц.

Портрет написан по определенной схеме, получившей название – “Рослин-Рокотов” или “Рослин-Левицкий”.

В январе 1776 года Екатерина пригласила в Петербург мастера Александра Рослина и попросила его написать парадный образ. Художник славно справился с задачей, тщательно прописав перламутровые переливы парчовой робы, эффектную красную драпировку и блеск атрибутов императорской власти. Однако лицо государыни представлено таким, каким оно было в жизни.… Портрет не понравился Екатерине: в своем письме барону Гримму она заметила, что Рослин изобразил ее “шведской кухаркой, грубой и простой…”

Пришлось пригласить других портретистов – Ф.С. Рокотова и Д.Г. Левицкого. Взявшись за исполнения образа императрицы, мастерами уже не уделяется такого большого внимания атрибутике, но главное насколько идеализируется внешность  Екатерины. Идеализируется настолько, что императрица издает указ: “…Повелеваю с этих самых пор писать мои портреты таким образом – атрибутику писать как Рослин, а лицо мое, как Рокотов и Левицкий…”. С тех самых пор эта схема так и сохраняется, и наш неизвестный мастер следует именно ей.

Возвышенность замысла определяет живописный и эмоциональный строй монументального полотна. Алые бархатные драпировки придают всей композиции характер великолепного театрального действа. Императрица торжественно выступает перед нами, как бы воплощая собою саму идею самодержавной власти. Тяжелыми складками ложится затканная двуглавыми орлами горностаевая мантия. На атласе платья сверкает бриллиантовая цепь с изображением св. Андрея Первозванного. Указывая скипетром на стоящий среди колонн бюст Петра I и надпись над ним: “Начатое совершает”, Екатерина тем самым подтверждает верность его преобразованиям.

С замечательным мастерством написаны лицо и руки императрицы, передана фактура тканей и меха. В богатой цветовой гамме картины гармонично сочетаются большие плоскости красного, золотого и серебристо-зеленого.

Сам удивительный XVIII век – век необычайных судеб – запечатлен кистью талантливого художника в образе некогда неизвестной принцессы из маленького немецкого княжества Софии Августы Доротеи Фредерики Анхальт-Цербстской, ставшей властительницей огромной Российской Империи – Екатериной II Великой, идеалом просвещенной монархини.

 

Портрет Екатерины II Федора Рокотова: история создания, описание

Нестандартно написан царицы портрет –
В профиль, как на античной камее.
Освещает лицо государыни свет –
И я перед картиной немею!…

Иван Есаулков

История создания портрета

В числе работ, составивших живописное наследие Федора Степановича Рокотова (1735-1808 г.), именно портрет Екатерины II, написанный в парадном стиле в честь ее коронации на престол Российской Империи в 1763 году занимает почетнейшее место! И не только потому, что еще не Великая, но уже  Императрица России выбрала для создания своего официального изображения безродного 28-летнего портретиста.

Дело в другом — портрет Екатерины II Федора Рокотова, хранящийся сейчас в Государственной Третьяковской галерее, по сути, положил начало новой эпохи русской портретной живописи. Никто из русских живописцев до этого момента не был столь раскован, изображая модель в непринужденной позе, в профиль, да еще на парадном полотне!

В работе художник сумел не только изобразить очень близко к оригиналу внешность новой русской императрицы, но и передал живость и непосредственность ее натуры, придал картине динамизм, изменив устоявшиеся на тот момент принципы статичности и помпезности официального портрета.

Добился этого автор не только своими излюбленными многослойными мазками и «подсушенными красками», но и организацией самой сцены, на которой, кроме модели, нет никаких «лишних», отвлекающих взгляд от модели деталей. Даже императорские регалии, казалось бы, наиважнейшие атрибуты официального коронационного портрета, хоть и прорисованы со всем тщанием, но не выпячиваются, а находятся в тени личности самой государыни, задавая значимый, но все-таки только фон.

Для Екатерины II это полотно стало каноническим, по ее личному распоряжению именно с этой картины впоследствии ее «геральдический» лик копировался для массовых изображений.

Рождение художника

Точных, документально подтвержденных фактов об истории рождения, в то ли 1735, то ли в 1736 году, Федора Рокотова нет. Также нет указания на его происхождение и описание его детства и юности. Был ли он рожден в семье получивших вольную крепостных, на чем настаивают отдельные историки, или был незаконнорожденным отпрыском князя, генерал-аншефа П. И. Репнина — доподлинно неизвестно.

Известно лишь, что писать картины Рокотов начал точно ранее 1755 года.

Именно в этом году Федор Рокотов попал на глаза, как бы сейчас сказали, крупному селекционеру, меценату,  графу Ивану Ивановичу Шувалову, отбиравшему самородков для Петербургской академии художеств.

Каким именно образом простой крестьянский сын, пусть даже неплохо рисующий, мог попасть в поле зрения знаменитого мецената из высшего общества, еще предстоит выяснить историкам. Тем не менее, известно, что именно покровительство графа Шувалова и рекомендации еще одного русского самородка — М. В. Ломоносова и привели Ф. Рокотова в итоге в Петергоф на коронацию Екатерины II.

Имя  Рокотова-художника впервые упоминается в 1757 году в переписке М. В. Ломоносова с графом И. И. Шуваловым. Этим же годом датирована первая из сохранившихся подписанная Рокотовым работа.
Это «Портрет Неизвестного в гвардейском мундире». Ряд историков почему-то считает эту работу автопортретом художника. Тем же 1757 годом датирован и портрет самого М. В. Ломоносова, собственно, единственное его изображение. Таким образом, получается, что к 1757 году Ф. С. Рокотов уже был известен и довольно популярен.

Фото 1. Портрет Неизвестного в гвардейском мундире. Автопортрет Ф. С Рокотова, вероятно

После написания портрета М. В. Ломоносова, которому работа понравилась, и не без его протекции Федор Степанович получает заказ на свободную копию портрета императрицы Елизаветы Петровны.

Это полотно было необходимо самому Ломоносову для работы над созданием мозаичного изображения Елизаветы Петровны по заказу Московского университета. Работа велась в мастерской ученого, уже имевшего к тому времени Усть-Рудицкую фабрику по производству смальт и мозаичного стекла.

Мозаика имела шумный успех, что еще больше увеличило популярность Ф. Рокотова как портретиста.

После написания этого полотна, в 1760 году, стараниями графа Шувалова 25-летний художник был зачислен в Академию художеств и уже был известен и популярен в среде придворных. Через два года, в 1762 году Федор Степанович написал парадный портрет кратковременно взошедшего на российский престол Петра III, за что был пожалован им званием адъюнкта Академии художеств. В этом статусе, будучи уже очень известным и популярным среди петербургской знати мастером, Рокотов и был приглашен для написания самой известной работы своей жизни.

Позднее Ф. С. Рокотов написал еще несколько этюдов и, как минимум, два больших портрета императрицы Екатерины II, но ни одна из этих работ не достигла славы и известности коронационного портрет императрицы.

Фото 2. Портрет Екатерины II
холст, масло
Государственный музей Эрмитаж, Санкт-Петербург

В 1766 году, в 31 год от роду, едва дослужившись до чина ротмистра и получив дворянское звание по чину, Рокотов уходит из Академии художеств и перебирается на родину, в Москву. Там за 20 лет он пишет огромное множество семейных портретных галерей.

Современники утверждали, что Рокотов за этот период «написал всю Москву»! Бывало, что в его мастерской в работе было одновременно до 50 портретов. При этом сам мастер в одном из писем признавался, что редко работал с картиной с натуры меньше месяца.

Собственно, в этом состоит главная загадка его судьбы — сложно найти в русской истории еще хотя бы одного «крестьянского сына», в 30 с небольшим лет получившего чин старшего офицера русской императорской армии. К тому же, не участвуя походах и не совершая подвигов в кровавых битвах, но исправно исполняя офицерские обязанности в Гвардейском Семеновском полку, получая офицерское жалование и одновременно учась и преподавая в Академии художеств и занимаясь написанием заказных картин!

К тому  же Рокотов, вероятно, был достаточно приближен и к императрице. Настолько приближен, что именно ему она однажды поручила исполнение довольно интимного поручения — написать детский портрет  своего внебрачного сына Алексея, до 12 лет воспитывавшегося у беспредельно преданного Екатерине  камердинера Василия Григорьевича Шкурина.

Эта работа художника, несмотря на, мягко говоря, прохладное, по утверждению современников, отношение Екатерины Великой к своим детям, до самой ее смерти находилась в императорских покоях.

Фото 3. Портрет А. Г. Бобринского в детстве, cередина 1760-х гг., холст, масло
Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Сейчас уже сложно установить истину в вопросе рождения Ф. С. Рокотова. Был ли он прямым потомком генерал-аншефа Репнина? Помогло ли его происхождение в развитии его художественных способностей? Неизвестно это сейчас и вряд ли станет известно вообще.

Но как бы то ни было, благодаря ли высокому происхождению, пусть и внебрачному, или же просто удачному стечению обстоятельств, Россия в лице Ф. С. Рокотова получила талантливейшего художника-портретиста, чьи работы имеют огромную художественную и историческую ценность. И этот факт сомнению не подлежит!

история России в портретах Федора Рокотова – Москва 24, 22.02.2016

Федор Рокотов «Коронационный портрет Екатерины II», 1763

По понедельникам московские музеи не работают. Но это не значит, что у публики нет возможности познакомиться с прекрасным. Специально для понедельников m24.ru запустило новую рубрику «10 неизвестных», в которой мы знакомим вас с десятью произведениями мирового искусства из собрания московских музеев, объединенных одной тематикой. Распечатывайте наш гид и смело отправляться с ним в музей начиная со вторника.

В инженерном корпусе Третьяковской галереи открылась выставка по случаю 280-летия со дня рождения художника Федора Степановича Рокотова. Крупнейший портретист своей эпохи, он был забыт почти на 100 лет, пока Сергей Дягилев не открыл его творчество заново в начале XX века. И теперь именно благодаря его мастерству и таланту, мы знаем, как выглядели главные политические деятели Екатерининской эпохи.

Федор Рокотов «Портрет великого князя Петра Федоровича», 1758

Федор Рокотов «Портрет великого князя Петра Федоровича», 1758

Федор Рокотов стал одним из самых загадочных художников в русской истории. Император и императрица, фавориты, придворные дамы, великие политические деятели и военачальники становились его моделями. Будучи приближенным к Екатерине II человеком, он полвека наблюдал за интригами и скандалами, и, очевидно, знал самые большие тайны императрицы. Но про самого Роктова история не оставила нам практически никаких свидетельств.

Федор Рокотов «Коронационный портрет Екатерины II», 1763

Федор Рокотов «Коронационный портрет Екатерины II», 1763

Федор Рокотов учился в Петербурге в только что открывшейся Академии художеств, куда попал по приглашению князя Шувалова в 1757 году. Здесь Рокотов занимался с иностранными мастерами Л.-Ж. Ле-Лорреном и П. де Ротари, усваивая принципы эстетики рококо. Именно Пьетро де Ротари, автор серии прекрасных портретов, названных «Головки», привил Рокотову любовь к камерным образам, абстрактному фону и детальной прорисовке тканей и украшений.

Федор Рокотов «Портрет графа Г.Г.Орлова в латах», 1763

Федор Рокотов «Портрет графа Г.Г.Орлова в латах», 1763

Рокотов писал парадные портреты, в которых статус модели, ее высокое положение при дворе, подчеркивались чаще всего через наряд. Таков портрет Григория Орлова, фаворита императрицы Екатерины II. Здесь он изображен в воинских доспехах со знаками отличия, орденами и лентами.

Федор Рокотов «Портрет Алексея Бобринского», 1763

Федор Рокотов «Портрет Алексея Бобринского», 1763

Рокотов знал обо всем, что происходило при дворе, но не оставил никаких записей. У его современников мы также не встречаем воспоминаний о нем. Тем не менее, в его посвященности в интриги Екатерины II не остается сомнений. В 1763 году Рокотов пишет портрет незаконнорожденного сына императрицы и Григория Орлова, Алексея Бобринского.

Федор Рокотов «Портрет неизвестной в розовом платье», 1770-е

Федор Рокотов «Портрет неизвестной в розовом платье», 1770-е

В начале 1770-х Рокотов, устав от придворных скандалов, уезжает в Москву. Здесь парадный стиль портретов сменяется на более камерный. Его моделями становятся представители старой московской знати. «Портрет неизвестной в розовом платье» – один из лучших примеров этого периода творчества художника. Изысканная цветовая гамма построена на бесчисленном разнообразии оттенков розового цвета. И хотя это еще далеко не психологический портрет, тончайшие градации цвета воспринимаются как намек на внутреннюю богатую духовную жизнь героини.

Федор Рокотов «Портрет А.П.Струйской», 1772

Федор Рокотов «Портрет А.П.Струйской», 1772

Портретом Алесандры Струйской восхищались все современники. Художнику здесь было важно не конкретное состояние модели, а богатство и красота ее духовного мира. Лицо героини окутывает легкий слой воздуха, скрадывающий контуры. Поэтичность образа, лиризм изображения возникают во многом благодаря неясным, тающим золотисто-пепельным тонам. Так возникает эффект мерцания, ощущение особой призрачной атмосферы. О Струйской восторженно писал поэт И.М.Долгоруков: «…Мало женщин знаю таких, о коих обязан я… говорить с таким чувством усердия и признательности, как о ней».

Федор Рокотов «Портрет неизвестного в треуголке», 1770-е

Федор Рокотов «Портрет неизвестного в треуголке», 1770-е

Портрет неизвестного в треуголке – одно из самых загадочных произведений Федора Рокотова. Существуют две версии, содержащие предположения о личности героя. Согласно одной из них перед нами портрет графа Алексея Бобринского, сына Екатерины II и ее фаворита Григория Орлова. Другая точка зрения основана на данных рентгенограммы, показавшей, что произведение написано поверх изображения молодой женщины, лицо которой полностью сохранено в поздней живописи и без изменений вошло в портрет «неизвестного».

Федор Рокотов «Портрет княгини Е.Н.Орловой», 1779

Федор Рокотов «Портрет княгини Е.Н.Орловой», 1779

Портрет Екатерины Орловой, законной супруги Григория Орлова, является одним из примеров того, как Рокотов усвоил и переработал стилистические особенности рокайльного портрета Ротари. Образ вписан в овал, внимание художника сосредоточено на лице портретируемого, но, тем не менее, он не забывает и о деталях, точно выписывая складки шелковых тканей наряда.

Федор Рокотов «Портрет графини Елизаветы Васильевны Санти», 1785

Федор Рокотов «Портрет графини Елизаветы Васильевны Санти», 1785

В конце 1780-х годов в творчестве Рокотова вновь начинает преобладать парадный портрет. Исчезает та рокайльная дымка, которая придавала образу атмосферу недоговоренности и таинственности. На смену манящей полумгле приходят более отчетливые красочные тона, объемы становятся более определёнными. Поздние московские портреты Рокотова наряднее и импозантнее прежних. В работах 1780-1790-х годов художник более тщательно выписывает воздушные кружева, переливы атласных лент и шелковых платьев, игру света на драгоценных украшениях, однако скованная мимика и напряженный взгляд отталкивают зрителя. В лицах моделей, выхваченных сфокусированным лучом света из окружающего фигуру полумрака, все чаще проскальзывает надменность, осознание своего превосходства над окружающими.

Федор Рокотов «Портрет П.Н.Ланской», 1790-е

Федор Рокотов «Портрет П.Н.Ланской», 1790-е

О последних двадцати годах жизни художника сведений сохранилось немного. Художник скончался в Москве 12 (24) декабря 1808 года. Похоронен племянниками на кладбище Новоспасского монастыря, где его могила быстро затерялась. Рокотов был предан забвению на 100 лет, вплоть до грандиозной «Историко-художественной выставки русских портретов» 1905 года в Таврическом дворце, организованной Сергеем Дягилевым, собравшим на нее 2300 произведений.

Картины, описание картин — Портрет Екатерины II, 1763 г.

Описани е картины Федора Рокотова: Портрет Екатерины II

Портрет самой известной из российских императриц, Екатерины II, был написан живописцем-адъю нктом Федором Рокотовым в 1763 году, когда проводились коронационные торжества по поводу вступления государыни на российский престол.
Несмотря на свой относительно молодой возраст, Рокотов к тому времени был уже довольно известным художником, и высочайший заказ стал Еще одним свидетельством признания его таланта. Для написания портрета императрица позировала Рокотову в Петергофе.
Для Рокотова, ученика придворного елизаветинского живописца Пьетро Ротари, характерны старательность и умение вникнуть в натуру. Композиция полотна строится вокруг профильного поворота фигуры, сидящей в кресле. На парадных портретах подобный прием встречается не слишком часто.
Отчасти причина необычности портрета – в необычности самой императрицы, в формировании новых идеалов. В начале правления она увлекалась новейшими философскими идеями, активно переписывалась с французскими просветителями- энциклопедистам и – Дидро, Вольтером и рядом других. Императрица жестом обращается к собеседнику, невидимому для зрителя картины.
В остальном композиция достаточно традиционна. На картине присутствуют все императорские регалии, обычный для парадных портретов. Торжественности портрету придает стандартный парадный фон – колонна и драпировки. И, конечно, сама императрица, с идеальной осанкой, вырабатываемой годами, и отточенным профилем. Портрет одновременно динамичный, живой и величественный.
Сама императрица считала портрет, написанный Федором Рокотовым, одним из удачнейших своих изображений. За последующие десятилетия картина неоднократно копировалась, как самим автором, так и многочисленными подражателями, последователями . Существуют как точные копии и повторения портрета, так и содержащие незначительные изменения в аксессуарах.

Русская Минерва. Биография Екатерины II в экспонатах царицынских выставок и воспоминаниях

Весь 2019 год «Царицыно» отмечает 290-летие со дня рождения Екатерины II. Музей-заповедник уже посвятил несколько выставочных проектов императрице, благодаря которой и появилась эта царская резиденция. Два стартовали в Большом дворце 18 августа — в День истории Царицына: «Екатерина Великая. К 290-летию со дня рождения» и выставка одной картины «Портрет Екатерины Великой с георгиевской лентой».

Главные экспонаты обеих экспозиций, которые будут работать до 12 января 2020 года, — в совместном материале mos.ru и агентства «Мосгортур».

Семейный альбом

Галерея портретов выставки «Екатерина Великая. К 290-летию со дня рождения» рассказывает о первых годах, которые провела в России урожденная София Августа Фредерика Ангальт-Цербстская. Вот с холста смотрит новоявленная великая княжна Екатерина Алексеевна. Рядом портреты ее матери, Иоганны-Елизаветы, и русской императрицы Елизаветы Петровны, по чьей воле мать и дочь прибыли в далекий Петербург. Дочь стала невестой наследника российской короны, а мать была отослана обратно из-за своих интриг в пользу прусского двора.

Вот супруг Екатерины в генеральском мундире родной Голштинии. Его отец был племянником шведского короля Карла XII, а мать — дочерью Петра I и родной сестрой Елизаветы Петровны. Неудивительно, что с такой родословной претендента на оба престола нарекли Карлом Петером Ульрихом в честь обоих противников в Северной войне. Потом Елизавета Петровна перекрестила своего племянника в Петра и свела с Екатериной, с которой они формально прожили 16 лет. Их брак был несчастливым. Этому обстоятельству Екатерина посвятила много страниц своего дневника:

«Я очень хорошо видела, что великий князь меня совсем не любит; через две недели после свадьбы он мне сказал, что влюблен в девицу Карр, фрейлину императрицы, вышедшую потом замуж за одного из князей Голицыных, шталмейстера императрицы. Он сказал графу Дивьеру, своему камергеру, что не было и сравнения между этой девицей и мною».

Разлад супругов скоро перешел во взаимную неприязнь, но не помешал Елизавете Петровне добиться от них долгожданного наследника, будущего Павла I. Есть на выставке и его детский портрет.

Дворцовый переворот

После смерти императрицы между ориентированным на Пруссию Петром III и верхушкой русской аристократии образовалась пропасть. Вокруг монарха, который даже не успел венчаться на царство, вскоре возник заговор. Ключевыми фигурами дворцового переворота 1762 года стали братья Орловы, гвардейские офицеры Алексей и Григорий, чей двойной портрет можно увидеть на выставке.

Григорий Орлов, к тому моменту фаворит Екатерины, рассчитывал стать ее супругом. На глазах его брата отрекшийся от престола Петр скончался при невыясненных обстоятельствах (по официальной версии — «от геморроидальных колик»). Хотя Алексея и называют одним из вероятных убийц, причина смерти императора по-прежнему остается тайной.

«Я не верю, что принцесса сия столь злосердечна, чтобы быть причастной к смерти царя, — писал по горячим следам Беранже, французский посланник в России. — Но поелику глубочайшая тайна всегда будет скрывать от общества истинного вдохновителя ужасного сего покушения, подозрения так и останутся на императрице, которой достался плод от содеянного».

Несколько шагов отделяют холст с изображением Екатерины в трауре от привезенного из Третьяковской галереи портрета императрицы в коронационном облачении. Его в 1763 году с натуры написал Федор Рокотов. За все 34 года правления императрицы не было недостатка в художниках, желавших запечатлеть ее образ, однако именно это изображение в момент триумфа она считала самым удачным.

Символическую черту в этом разделе выставки подводит «Аллегория на воцарение Екатерины II» из Исторического музея. Необычность работы неизвестного русского мастера в том, что он перевел в живопись лубочную картинку. На полотне держащая за руку маленького Павла государыня указывает на фигуры Христа и ангелов, парящих в небесах. Такие изображения были призваны подчеркнуть легитимность ее вступления на престол в глазах простого народа, который (во всяком случае, в Петербурге и Москве) встречал царицу-матушку с восторгом.

Младший сын

Из Рыбинска в музей-заповедник «Царицыно» приехал портрет юного Алексея Бобринского — сына Екатерины и Григория Орлова, написанный Карлом Людвигом Христинеком.

Мальчик родился за несколько месяцев до дворцового переворота. По легенде, чтобы скрыть роды от ничего не подозревавшего супруга, окружение Екатерины Алексеевны воспользовалось страстью Петра III смотреть на городские пожары. Когда начались первые схватки, свой дом пришлось поджечь графу Ивану Гендрикову, но роды были сложными и долгими, поэтому вскоре запылало жилище гардеробмейстера императрицы Василия Шкурина. После воцарения Екатерины оба были осыпаны милостями — первый дослужился до генерала-аншефа, а второй стал тайным советником.

С первых дней новорожденный воспитывался в семье Шкурина. Второй раз после родов мать увидела его лишь спустя два года. В восемь лет ребенка отправили в пансион за границу. Приблизительно к этому времени относится работа Христинека, который написал идентичный портрет младшего сына царицы в этом же костюме, но с другого ракурса. Он хранится в Эрмитаже.

К 13 годам, по словам современника, мальчик «был телосложения слабого, боязлив, робок, застенчив, нечувствителен ни к чему, но кроток и послушен», а его познания ограничивались «только французским и немецким языками, началами арифметики и очень малыми сведениями из географии». Фамилию Бобринский он получил по возвращении в Россию вместе с пожалованным матерью имением Бобрики в Тульской губернии. Видимо, к тому моменту императрица отказалась от планов выйти замуж за Григория Орлова и официально объявить Алексея своим наследником.

Лишь накануне 19-летия юноши Екатерина намекнула ему на высокое происхождение, написав:

«Алексей Григорьевич. Известно мне, что мать ваша, быв угнетаема разными неприязными и сильными неприятелями, по тогдашним смутным обстоятельствам, спасая себя и старшего своего сына, принуждена нашлась скрыть ваше рождение, воспоследовавшее 11 числа апреля 1762 года».

Заметного следа в истории России Алексей Бобринский не оставил. Когда он наделал долгов, пустившись во все тяжкие во время путешествия по Европе, мать сослала его в Ревель. После ее смерти Павел I открыто объявил его братом, даровал графский титул, дом в Петербурге и земельные владения, всячески продвигал по службе. Однако Бобринский не проявил большого усердия, в 36 лет вышел в отставку и удалился в свое Тульское имение, где прожил практически всю оставшуюся жизнь.

Бюсты-близнецы

Среди скульптур, представленных на выставке, стоит отметить два мраморных бюста Екатерины II, связанные общей историей.

Первый — с покрытой вуалью головой — в 1769 году выполнила французская художница Мари-Анн Колло. В 18 лет она приехала в Россию вместе со своим наставником Этьеном Фальконе. Знаменитый скульптор доверил ученице работу над головой Петра I для его «Медного всадника». Результат высоко оценил не только он, но и царственная заказчица памятника, что распахнуло перед Колло двери императорского дворца.

Автор второго бюста — итальянец Бартоломео Кавачеппи — трудился над ним в 1772 году в Риме по заказу вице-канцлера Коллегии иностранных дел князя Александра Голицына, который во время переворота переметнулся от Петра III к Екатерине и лично привез ей отречение мужа. Не имея возможности работать с натурой, Кавачеппи использовал слепок с бюста Колло. Более того, бюст, созданный французской художницей, попал и на самый известный портрет князя Голицына, написанный Дмитрием Левицким.

Благодаря екатерининской выставке обе работы оказались в одном зале (бюст Колло приехал из Эрмитажа, бюст Кавачеппи — из Третьяковской галереи), так что у посетителей появилась редкая возможность сравнить мраморных близнецов.

Дар мальтийским рыцарям

В Екатерининском зале открылась выставка одной картины. Величественный ростовой «Портрет Екатерины Великой с георгиевской лентой» кисти Дмитрия Левицкого привезли с Мальты. Картина, дипломатически подаренная главе Мальтийского ордена в разгар русско-турецкой войны (1787–1791), приехала на родину впервые.

За два с лишним столетия полотно покидало дворец Великих магистров ордена в Валетте лишь дважды. Весной 1935 года его вывозили в Лондон на выставку русского искусства, а во время Второй мировой войны, когда превращенная в британскую военно-морскую базу Мальта подверглась блокаде с жесточайшими бомбардировками, подарок императрицы вместе с другими ценностями укрывали от авианалетов в глубине острова.

Портрет связан с присоединением Крыма к Российской Империи в 1883 году и последовавшим за ним большим путешествием императрицы по новым землям. В Тавриде ее встретил российский поверенный при Мальтийском ордене. От имени Великого магистра он преподнес императрице пальмовую ветвь. Жест впечатлил Екатерину: пальмовыми ветвями встречали на въезде в Иерусалим Иисуса. Ответный подарок от Российской империи не заставил себя долго ждать — академику Императорской Академии художеств Дмитрию Левицкому был заказан портрет.

Мастер аллегорического портрета изобразил императрицу в образе Минервы, римской богини мудрости и войны. Царица стоит в сени лаврового дерева, с античных времен символизирующего победу. Меч в ножнах, который она держит в правой руке, перевит лавровой ветвью. Он торжественно указывает на завоеванную землю. В российской эмблематике XVIII века Минерва появилась задолго до восхождения на престол Екатерины, но при ней эта богиня стала символом императрицы.

На портрете на Екатерине золотая фигурная цепь ордена святого Андрея Первозванного — высшей награды Российской империи, а также Императорский Военный орден Святого Великомученика и Победоносца Георгия и его лента, учрежденные императрицей 250 лет назад после очередной русско-турецкой кампании. Живописец изобразил также кирасу, и это тоже не случайно. В правление Екатерины был сформирован кирасирский Военного ордена Святого Великомученика и Победоносца Георгия полк, целиком состоящий из георгиевских кавалеров.

Портрет Екатерины II, конец 18 века. : AnticSwiss

Официальный поясной портрет императрицы России Екатерины II.
Создание этой картины относится к 1780-1790 годам.
Екатерина, родившаяся в Пруссии в 1729 году, по имени София, вышла замуж за Петра III Романова в 1745 году, а затем взошла на престол в 1762 году. Она умерла в 1796 году.
Мы видим несколько наград: Андреевский крест и орден Святого Георгия.
Надевайте коронационные мантии с подкладкой из горностая на дни празднования.
В 1769 году императрица Екатерина II учредила орден Святого Георгия — самую почитаемую награду в России, присуждаемую только за военные заслуги.

Харизматичная, деспотическая, но просвещенная интеллектуальная, она стала большим покровителем, сторонницей искусств, занимаясь перепиской с европейскими философами. У Екатерины за время своего долгого правления было много любовников, часто доходящих до того, что они возводили их на видные должности. Любовные похождения императрицы часто были оружием в ее политике и дипломатии.
Любовные истории Екатерины почти никогда не заканчивались насилием, напротив, государь оставалась щедрой по отношению к своим бывшим возлюбленным даже после разрыва с ними. Один из его любовников, Петр Завадовский, получил на Украине 50 000 рублей, пенсию в 5 000 рублей и 4 000 рабов после того, как царица бросила его в 1777 году. Последнему из ее любовников, князю Зубову, было 40 лет. меньше, чем императрица.

Неизвестный художник написал императрицу Екатерину II, объединив изображения с двух парадных портретов.Первая из них принадлежит кисти шведского мастера Александра Рослина. А вторую создал российский художник Федор Рокотов.
Императрице не сразу понравились работы Рослина. Сама Екатерина отзывалась о портрете так: «Она изобразила меня шведским поваром и заставила меня возрастом до 20 лет».
Рокотов, однако, частично повторил то, что Рослин делал до него, но сознательно идеализировал образ Екатерины, придал ей большего величия и одновременно смягчил черты лица.
Екатерине II настолько понравились работы Рокотова, что она приказала писать все свои изображения с его работ. Так появился парадный тип портрета Екатерины II, скопированный другими живописцами.

Биография Екатерины Великой России

Родился: Штеттин, Померания, 21 апреля (2 мая) 1729 г.
Умер: Санкт-Петербург, 6 (17) ноября 1796 г.

Царствовал: 1762-1796

Известная как Екатерина Великая, императрица всея Руси, эта замечательная женщина не была ни русской, ни Екатериной.Урожденная Софи Фридерика Огюст из Ангальт-Цербста, она действительно была принцессой, но из малоизвестного и бедного немецкого герцогства. К счастью, ее мать имела завидные королевские связи, эффективное использование которых привело к зимнему путешествию в Санкт-Петербург по приглашению бездетной императрицы Елизаветы, которая активно искала подходящую невесту для своего назначенного наследника Петра. Шел 1744 год, Софи было четырнадцать лет. 21 августа 1745 года, когда Софи было шестнадцать, а Петру семнадцать, они поженились.

Коронация Екатерины II

Стефано Торелли

Как и Софи, Питер родился в Германии, но это было почти все, что было общего у новой пары. Петр, который был по меньшей мере эксцентричным, ненавидел страну, в которую был импортирован как младший наследник, и оставался стойким сторонником всего прусского, особенно прусских вооруженных сил, которые не сделали ничего, чтобы снискать расположение его новых подданных. Софи, с другой стороны, приехала в Россию, чтобы делать все, что нужно, и верить во все, что требовалось, чтобы верить, чтобы претендовать на корону.Она выучила русский язык, приняла православие, в результате чего получила имя Екатерина, и с обаянием и решимостью тщательно поддерживала долгосрочные отношения с сильными мира сего и со связями. Таким образом, после смерти Елизаветы в 1762 году быстрый и бескровный дворцовый переворот был всем, что потребовалось, чтобы сместить несчастного Петра с престола, на котором он сидел всего шесть месяцев, и заменить его харизматичной Екатериной. Итак, эта немецкая принцесса, без русской крови в ее жилах и без законного права править, стала единственной обладательницей имперского престола, с которого она правила в течение следующих тридцати четырех лет — дольше, чем любая из других женщин-правительниц страны .

Портрет Екатерины II

Федор Рокотов

Во время вступления Екатерины во владение Россия все еще рассматривалась многими европейцами как далекая провинциальная пустыня. Екатерина, понимавшая силу образа и символа, стремилась изменить этот негативный взгляд, создав мощную, современную, богатую страну, управляемую изощренным, просвещенным самодержцем. Поэтому она целенаправленно стала покровительницей литературы, науки, искусства и образования — не только потому, что она считала эти области важными сами по себе, но и потому, что понимала, что успех здесь будет способствовать репутации России как центра цивилизации.Она основала начальные школы, академии, библиотеки и другие учебные заведения по всей империи. Русских ученых и художников отправляли за границу учиться на западных примерах, а в Петербург привлекали иностранных ученых, архитекторов и художников, чтобы обогатить облик города и культурную жизнь. Сама императрица заложила первый камень в основу Императорской Академии художеств в 1765 году: с момента ее завершения это великолепное здание в стиле раннего неоклассицизма, увенчанное статуей Минервы, было альма-матер множества русских художников, скульпторов и архитекторов.

Императрица Екатерина II в гостях у Михаила Ломоносова

Иван Федоров

Екатерина вела обширную переписку с французскими философами Просвещения Вольтером и Дидро. Когда бывший, называвший ее «Звездой Севера», умер, она заплакала, а затем купила его собрание книг. А когда последний настал в тяжелые времена, императрица, которая, по его словам, обладала обаянием Клеопатры и душой Цезаря, приобрела его личную библиотеку, щедро оставив ее в его владении до самой смерти и выплатив ему зарплату библиотекарю.Такие известные знакомства повысили престиж Екатерины, а такие важные приобретения расширили Императорскую библиотеку с нескольких сотен томов до 38000. Тем временем Екатерина ошеломила Европу, потратив огромные суммы денег на покупку шедевров искусства. Ее выдающаяся коллекция, содержащая работы Рафаэля, Рубенса, Рембрандта и многих других, была самой большой в Европе и легла в основу одного из самых великолепных музеев мира — Эрмитажа. Екатерина также содержала двор, достойный такого великолепия — более одного из каждых десяти рублей государственного бюджета было потрачено на судебные расходы.Не то чтобы императрица не наслаждалась экстравагантным балом или впечатляющим дипломатическим приемом, но она также понимала символическое значение, которое такое величие придает благоговейным западным наблюдателям.

Екатерина II отправляется на соколиную охоту

Валентин Серов

Внешняя политика Екатерины была направлена ​​на утверждение величия и безопасности страны. Две успешные войны против Османской империи привели Крым под контроль России, а вместе с ним и долгожданный выход к Черному морю.Она также участвовала в трехстороннем разделе Польши, в результате которого Россия приобрела восточную территорию Польши, поставив ее в прямой физический контакт с западным миром. В общей сложности завоевания Екатерины добавили России 200 000 квадратных миль, ее империя простиралась от Балтийского до Черного моря, и теперь она, несомненно, была признана крупной державой.

Апофеоз правления Екатерины II (фрагмент)

Грегорио Гульельми

Многое было сказано о романтических связях Екатерины, и факты здесь намного превышены легендами, часто развязанными посмертно недоброжелателями (известными как французы) с целью очернить ее наследие.На самом деле у Екатерины было около двенадцати последовательных «фаворитов», самыми известными из которых были Григорий Орлов, способствовавший перевороту, который привел ее к власти, и Григорий Потемкин, государственный деятель, дипломат и военачальник, который, возможно, был женат. ее тайно. Екатерина была известна своей щедростью по отношению к своим фаворитам, а также умела приятно расставаться с ними, чтобы никто не чувствовал себя обиженным.

Портрет графа Григория Орлова в доспехах

Федор Рокотов

Екатерина могла бы добиться большего, если бы инфраструктура в России была лучше приспособлена для крупных социальных преобразований.На самом деле она пыталась перенести прогрессивные западные идеи эпохи Просвещения на огромные просторы России в то время, когда крепостные составляли большинство населения. Кроме того, русское дворянство в целом было консервативным и опасалось реформ, особенно когда дело касалось таких вопросов, как освобождение крепостных. Несмотря на такие препятствия, Екатерина, тем не менее, покинула страну сильнее, богаче и красивее, чем она получила. Она продолжила вестернизацию, начатую при Петре Великом, значительно расширила территорию империи и импортировала богатство литературы и искусства.Французский посол в России в 1780-х годах писал: «Двор Екатерины был местом встреч всех европейских монархов и знаменитостей ее возраста. До ее правления Петербург, построенный в царстве холода и льда, оставался почти незамеченным и, казалось, оставался незамеченным. быть где-нибудь в Азии. Во время ее правления Россия стала европейской державой. Санкт-Петербург занял важное место среди столиц образованного мира, а русский престол возвысился до самых могущественных и значительных престолов ».

Екатерина II на прогулке по Царскосельскому парку (с Чесменской колонной позади)

Владимир Боровиковский

Екатерина умерла от инсульта в ноябре 1796 года в возрасте шестидесяти семи лет, старейшая из всех романовских монархов.Похоронена в соборе Петропавловской крепости.

Воспоминания Екатерины Великой

Софи Ангальт-Цербстская могла бы стать еще одной прусской принцессой, потерянной для истории, если бы в 1745 году она не была выдана замуж за потомка Петра Великого. Ее немецкоязычный, пропрусский муж унаследовал трон России в 1762 году, став царем Петром III. Софи уже приняла православие, приняла русское имя (Екатерина Алексеевна) и научилась говорить по-русски.За шесть месяцев правления мужа она организовала государственный переворот против него, и он был либо убит, либо случайно убит. Как императрица Екатерина II она правила Россией до своей смерти в 1796 году. Она стала известна как Екатерина Великая.

Императрица писала о себе, что не было чем-то, что обычно делали монархи той эпохи.

Изучая объемные труды Екатерины Великой, ученый Моника Гринлиф обнаруживает, что императрица писала о себе, что не было чем-то, что монархи той эпохи, как правило, делали.Мемуары были, как пишет Гринлиф, «любопытно интимным, даже неподходящим жанром» для монарха:

Королевские представления традиционно полагались на религиозное и военное зрелище, архитектуру, мифологическое искусство и зрелище, а также героический театр, чтобы передать имплицитное повествование о божественно установленной власти; Екатерина была мастером всех подобных визуальных форм символического и театрального представления.

Екатерина написала автобиографию на заре того жанра, который мы теперь знаем.Гринлиф отмечает, что Кэтрин нужно было «парировать множество нелестных рассказов, порожденных ее поразительным взлетом». Екатерина писала, что «иностранная и узурпаторская королева» стала «упреждающим ударом по биографам и мемуаристам, которые стремились написать для нее ее историю».

«Автобиография была, пожалуй, венцом жанровой системы Просвещения, — пишет Гринлиф, — строго словесное доказательство способности индивидуального мышления преодолевать внешние препятствия, исследовать собственное сознание и подчинять разуму единое видение жизни. публики.Когда Кэтрин начала писать о своей жизни, великих моделей Руссо, Босуэлла, Франклина и Юма еще не существовало. Когда она закончила, ее труды были похоронены в государственных архивах более чем на полвека, поэтому потребовалось некоторое время, чтобы ее новаторские работы были признаны.

Екатерина завещала свои воспоминания «непоправимо отчужденному сыну» и наследнику Павлу. Царь Павел любил свою мать не больше, чем Екатерина любила своего мужа, который, возможно, не был отцом Павла. Технически Павел должен был стать царем сразу после смерти отца, поэтому многие считали Екатерину узурпатором.Гринлиф предполагает, что это могло способствовать решению Кэтрин оставить свои записи в хранилище после ее смерти.

Возможно, ее подавление своего прошлого (и содержащийся в нем династический разрыв) было актом реституции Павлу, так долго отстраненному от его собственного королевского будущего. Возможно, Екатерина осознавала, что наложенные ею рассказы о женском плену, княжеском лицемерии, супружеских надругательствах и андрогинном самовосприятии не смогут создать объединяющий миф о русской национальной идентичности, которого требовали времена.

В конце концов, пишет Гринлиф, кажется, что «Кэтрин разорвала союз со сферой рекламы и пожертвовала своими воспоминаниями ради семьи и национальных интересов. Мы можем только предполагать, что она доверяла способности архива хранить секреты для потомков ».

Но секрет просочился, и ее мемуары были впервые опубликованы в 1859 году Александром Герценом, русским революционером в изгнании в Лондоне. Переведенные на несколько языков, они были предметом разговора в Европе.Гринлиф заключает: «Она знала, что написала свое имя на эпохе, даже если автобиография не могла правдоподобно содержать эту историю».

ресурсов

JSTOR — это электронная библиотека для ученых, исследователей и студентов. Читатели JSTOR Daily могут бесплатно получить доступ к оригинальным исследованиям наших статей на JSTOR.

Автор: Моника Гринлиф,

Русское обозрение, т.63, No. 3 (июль 2004 г.), стр. 407-426

Wiley от имени редакции и попечительского совета журнала Russian Review

Федор Рокотов (1736-24 декабря 1808), русский художник, портретист

Задний план

Федор Рокотов родился в 1736 году в небольшом подмосковном селе в семье крепостных крестьян князя Репнина. О его детстве и юности известно мало.

Образование

С 1760 года Федор Рокотов изучал искусство в Академии художеств в Санкт-Петербурге.

Карьера

Хотя Федор Рокотов был крепостным или вольноотпущенником по рождению, в его творчестве не было никаких следов его скромного происхождения. Скорее, лица на его картинах были отмечены изысканностью, отсутствующей в других портретах того времени.Несмотря на головокружительные успехи, обеспечившие ему императорские ордена, звание академика и дворянство, он никогда не забывал свое происхождение.

Быстрый рост Рокотова начался под покровительством графа Ивана Шувалова, основателя первого в России университета в Москве в 1755 году и Академии художеств в Санкт-Петербурге в 1757 году, фаворита императрицы Елизаветы. Именно благодаря графу Шувалову 20-летнему Рокотову была предоставлена ​​возможность написать портрет наследника престола Великого князя Петра Федоровича (впоследствии Петра III), а в 1760 году по распоряжению графа Рокотов был принят в академию.

В 1762 году при представлении своего портрета только что вступившего на престол Петра III Рокотов был произведен в придворные художники. Годом позже он написал портрет новой императрицы Екатерины II в 1763 году, который должен был стать образцом для более поздних портретов, и его много копировали. Рокотову стало трудно справляться с растущим числом заказов, порой ему приходилось одновременно работать над примерно 50 портретами. Наконец, в 1765 году ему было присвоено звание академика. Но на пике своей славы Рокотов неожиданно уехал из Санкт-Петербурга в более провинциальную Москву, используя свое недавно обретенное звание, чтобы дистанцироваться от посягательств императорского двора на свою творческую свободу.

В Москве Федор Рокотов по возможности избегал всех официальных просьб о картинах, но охотно рисовал членов московского общества в небольших интимных портретах. Это были портреты до плеч или до пояса, их оттенки основывались на нежных выцветших тенях, освещенных так мягко, что контуры были расплывчатыми, холст проступал сквозь хрупкие цвета. В этих портретах формы утратили свой объективный характер, их хрупкость стала отражением тонкости духовной жизни героя.Эта драгоценная сущность образов не меняется от портрета к портрету: душа, управлявшая воображением Рокотова, была идеальной и укоренилась в самых разных чертах.

Порой на его портретах ставили печать социального ранга по желанию покровителя — как, например, на портрете графини Екатерины Орловой, одной из фрейлин Екатерины II. , изображенный в подобающем одеянии и с непроницаемым надменным, но в то же время вежливым выражением лица, создан в 1779 году.Реже, когда хрупкий идеал совпадал с действительностью, он получал открытое проницательное воплощение, как в портрете 18-летней Александры Струйской, с семьей которой дружил Рокотов, и молодого князя Ивана Барятинского, созданного в 1780-е гг.

Особенность живописи Рокотова — изысканные оттенки, нежное освещение, музыка неуловимых линий и кривых — во многом показала влияние итальянского живописца Пьетро Ротари, который привнес в Санкт-Петербург живопись рококо, где он жил с 1756 по 1762 г.Рокотов серьезно относился к утонченному языку, выражавшему изящную игру чувств рококо, и старался использовать его как живое выражение своего времени. В последние годы жизни Рокотов писал почти исключительно женские портреты. Последние работы художника относятся к 1790-м годам. Умер 24 декабря 1808 г.

Просмотры

Федор Рокотов придерживался художественных традиций рококо.

ПОРТРЕТ ЕКАТЕРИНЫ II | Поместье, музей и сад Хиллвуд

Сделан:

Димитрий Григорьевич Левицкий

На просмотре: Прихожая

Об этом объекте

Этот монументальный презентационный портрет Екатерины II отражает важную роль портретной живописи в политической, экономической и общественной жизни ее долгого правления.Знаменитые художники и анонимные художники производили множество копий таких портретов, и они развешивались в официальных департаментах, резиденциях губернаторов провинций, образовательных и социальных учреждениях, покровительницей которых была императрица. В этом случае портрет служил вознаграждением за оказанные услуги. Мемориальная доска на оригинальной золотой раме информирует зрителей о том, что в 1788 году императрица подарила этот портрет Генри Хоупу, британскому банкиру, который служил финансовым советником Екатерины.

Картина представляет собой парадный портрет Екатерины II в полный рост. Она изображена в полных государственных регалиях, в белом платье из тафты с плетеными рукавами, отделанными галуном из лавровых листьев и золотой тесьмой, в горностаевом плаще и атласной мантии, расшитой двуглавыми орлами. Екатерина со скипетром в правой руке указывает на бюст Петра Великого в нише позади нее, а также на державу и корону, покоящиеся на бархатном табурете под ним.Девиз «начало совершает» («Завершает начатое») высечен латинскими буквами кириллицы над головой Петра. Поверх горностайной накидки на плечах Екатерины — Андреевский воротник, усыпанный бриллиантами. На ее левой груди красуется звезда Ордена Святого Георгия, а на оранжево-черной полосатой ленте того же ордена висит значок. В правой руке она держит украшенный драгоценностями скипетр. Складки ее мантии накинулись на сиденье тронного кресла с имперским гербом.Справа вверху — драпированные складки малиновой занавески шнурком с кисточками. На золоченой деревянной раме изображен двуглавый орел наверху и четыре провинциальных коронованных герба по углам. Это Казань, Астрахань, Новгород-Волынск, Новгород.

Название объекта:
ПОРТРЕТ ЕКАТЕРИНЫ II
Сделано из:

Холст, масло — позолота — металл.

Сделано в:

Россия, Санкт-Петербург

Дата изготовления:
г.1788
Размер:
185,4 × 269,2 см (73 × 106 дюймов)

Подробная информация по этому товару

Каталожный номер:
51,56
Класс:
ЖИВОПИСЬ
Подписные знаки:
НАДПИСИ ДИР PORTRET «VTOROI IMPERATRITSY Екатерины I SAMODERZHITSY POZHALOVAN Всероссийской» EIA IMPERATORSKIM VELICHESTVOM V «1788m GODU OSPODINU Genri Гопу З.А. OKAZANNOE USERDIE ПО DENEZHNYM» NEGOTSIAM «О KAKOVOM POZHALOVANII я UVEDOMLEN» ON «» PIS’MOM 28go Avgusta Tofo 1788go GODA ZA PODPISANIEM «УПОЛНОМОЧЕННЫХ» ДЛЯ ИНОСТРАННЫХ «ЗАИМОВ» МИНИСТРОВ «КНЯЗЬЯ ВЯЗЕМСКАГО ГРАФА ОСТЕРМАНА ГРАФА ШУВАЛОВА И ГРАФА ВОРОНЦОВА Транс:» Этот портрет Екатерины Второй, Императрицы и Самодержца Всея Руси 1788 годаГенрих Надежда на усердие, проявленное в денежных переговорах, о чем он извещен письмом от 28 августа 1788 г. за подписями полномочных представителей по иностранному кредиту, министров князя Вяземского, графа Остермана, графа Шувалова и графа Воронцова ». Надпись на раме на металлической пластине кириллицей XVIII в.]
Кредитная линия:
Завещание Марджори Мерривезер Пост, 1973

Рокотов Федор Степанович | Артнет

Рокотов Федор Степанович

Портрет графа Никиты Ивановича Панина

Дата продажи: 20 июля 2021 г.

Аукцион закрыт

Рокотов Федор Степанович

Портрет императора Петра III

Дата продажи: 1 декабря 2020 г.

Аукцион закрыт

Рокотов Федор Степанович

Портрет графа Никиты Ивановича Панина

Дата продажи: 5 июня 2019 г.

Аукцион закрыт

Рокотов Федор Степанович

Портрет Пьера III, Турецкого императора… , 1762

Дата продажи: 15 декабря 2017 г.

Аукцион закрыт

Круг Федора Степановича Рокотова

ПОРТРЕТ ДАМЫ В СИНЕМ ПЛАТЬЕ

Дата продажи: 28 ноября 2017 г.

Аукцион закрыт

Приписывается Федору Степановичу Рокотову

Портрет великого герцога Константина Павловича де

Дата продажи: 1 июля 2015 г.

Аукцион закрыт

По Федору Рокотову и Александру Рослину

Портрет Екатерины Великой, императрицы…

Дата продажи: 16 марта 2012 г.

Аукцион закрыт

Круг Федора Степановича Рокотова

Портрет царя Петра Великого в нагрудных доспехах

Дата продажи: 15 ноября 2011 г.

Аукцион закрыт

Приписывается Федору Степановичу Рокотову

Ritratto di Caterina di Russia a cavallo

Дата продажи: 19 мая 2011 г.

Аукцион закрыт

Приписывается Федору Степановичу Рокотову

Портрет графа Григория Григорьевича Орлова…

Дата продажи: 5 апреля 2011 г.

Аукцион закрыт

Приписывается Федору Степановичу Рокотову

Ritratto di Caterina di Russia a cavallo

Дата продажи: 12 декабря 2010 г.

Аукцион закрыт

Имени Рокотова Федора Степановича

Графиня Екатерина Николаевна Орлова в… , 1780

Дата продажи: 17 ноября 2009 г.

Аукцион закрыт

Рокотов Федор Степанович

Портрет Екатерины II Русской

Дата продажи: 26 ноября 2007 г.

Аукцион закрыт

Мастерская Федора Степановича Рокотова

Портрет Поля Ир де Русси (1754-1801)

Дата продажи: 7 ноября 2007 г.

Аукцион закрыт

Имени Рокотова Федора Степановича

Портрет Екатерины Великой, в ан… , 1783

Дата продажи: 30 ноября 2004 г.

Аукцион закрыт

Школа Федора Степановича Рокотова

Porträtt av Katarina II

Дата продажи: 27 ноября 1996 г.

Аукцион закрыт

Имени Рокотова Федора Степановича

ПОРТРЕТ КНЯЗЯ ГРИГОРИЯ ГРИГОРОВИЧА ОРЛОВА…

Дата продажи: 17 июня 1993 г.

Аукцион закрыт

«ПОЭТЫ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ВИЗАЖА»: ФЕДОР РОКОТОВ И ТОМАС ГАЙНСБОРУГ

Этой характеристикой этих двух портретистов «Поэты человеческого облика» мы обязаны историку искусства Алексею Лебедеву: она датируется 1945 годом, когда энтузиазм советского исследователя был поддержан быстрым прогрессом в налаживании связей с Великобританией. .[1] Его сравнение русских и английских художников прижилось, хотя Рокотова никогда при жизни не называли «русским Гейнсборо». Слава, которой каждый художник пользовался на своей земле, не распространилась и на другую страну. На Международной выставке 1862 года в Лондоне русская портретная живопись была представлена ​​Левицким и Боровиковским: о Рокотове тогда просто забыли на родине. Русские тоже ничего не знали о британском художнике: замечательный «Портрет дамы в голубом», находящийся сейчас в Эрмитаже — единственный шедевр Гейнсборо в русской коллекции — был приобретен только в 1912 году.Так что же общего между великими русскими и британскими художниками, столь явно непохожими друг на друга?

Гейнсборо (1727-1788) был на десять лет старше Рокотова (1736-1808). Он родился в 1727 году в Садбери, очаровательном городке в Саффолке, девятым ребенком в семье торговца шерстью с глубокими местными корнями. Свой художественный дар юный Том унаследовал от матери, которая умела рисовать цветы. в школьные годы мальчик сбегал в живописную местность за городом и рисовал великолепную зелень лугов, тихую излучину реки и одинокие деревья: что интересно, Гейнсборо считал себя пейзажистом.В 13 лет он переехал в Лондон, где устроился на работу в ювелирную мастерскую. Там подросток увлекся лепкой. Его первым наставником по живописи был Юбер Гравело (1699–1773), француз, работавший в Лондоне; позже Гейнсборо учился у портретиста и иллюстратора Фрэнсиса Хеймана (1708-1776) в художественной школе Сент-Мартинс-лейн-академии.

Жизнь Рокотова проследить не так-то просто. Год его рождения, 1736 год, можно определить по «конфессиональным книгам» — учетным записям московского храма.[2] В документе, найденном Ириной Романычевой, говорится, что Рокотову в 1762 году было 26 лет, что подтверждает 1736 год его рождения. [3] Версия советских исследователей о том, что он родился крепостным, в настоящее время представляется маловероятной [4]. Нина Молева утверждала, что Рокотов никогда не был «господином» [5], и есть все основания с ней соглашаться. В XVIII веке русские аристократы были твердо убеждены, что крепостные не были готовы ни интеллектуально, ни психологически, стать «свободными гражданами». В записях одного московского детского дома четко сказано, что «рожденные рабами поражены духом».[6] Но можем ли мы верить версии о благородном происхождении художника? Запись от января 19 1762 года в журнале старшего судьи-распорядителя показывает, что на торжественном обеде дежурил младший офицер по имени Рокотов [7]. в 1769 г. капитан Рокотов «по собственному желанию» был откомандирован в Военный институт [8]. Алексей Лебедев считал, что художник был потомком обедневшей аристократической семьи из Пскова, [9] и действительно сохранился документ под названием « Рокотовское дело Геральдической палаты Сената в Пскове », датируемое, однако, 1861 годом.[10] «Племянники» и единственные наследники академика Рокотова, напечатавшие сообщение о его смерти в газете «Московские ведомости», имели звания «майора артиллерии в отставке» и штабс-капитана. [11]

Поэтому важен вопрос о происхождении Рокотова. Но что еще более важно для современных исследователей, так это его «новое аристократическое благородство как вариант джентльменского благородства, которое вовсе не обязательно требует аристократического происхождения». [12] Рокотов действительно был первым джентльменским художником в России: его подпись присутствует. в соответствии с уставом Московского Английского Клуба.

Художественное наследие Рокотова не включает автопортретов, признанных таковыми. Однако Игорь Грабарь, составивший первый научный каталог творчества Рокотова, считал, что «Портрет неизвестного» (1757, ГТГ) изображает художника в молодости [13]. , Юлиан Анисимов. [14] На картине изображен юноша в зеленой форме с блестящими пуговицами, с зеленым отложным воротником и вышитыми золотом галунами: по словам Бориса Косолапова, это форма штабс-капитана гвардейского полка.но работа не похожа на формальный портрет военного того периода: образ молодого гвардейца свободен от бравады и какого-либо притворного гламура.

Произведение раскрывает желание художника проникнуть во внутреннюю жизнь своего натурщика. Прекрасные черты лица модели и серьезный взгляд его ясных глаз говорят о сильном самоуважении и утонченности — свидетельство ловкого ума и внутренней энергии этого замечательного человека. Портрет отличает некоторая жесткость форм и застенчивая, «суховатая» манера письма.его композиция имеет много общего с изящными «головками» Пьетро Ротари: это изображение до плеч, пространство композиции кажется слишком узким для человеческой фигуры, а лицо изображено крупным планом и в максимальной близости от Тем не менее, выразительность изображения предполагает более широкое видение персонажа. Даже это первое произведение с автографом художника, возможно, сигнализирует о новом этапе развития портретной живописи в то время, когда «духовная» жизнь российского общества становилась все более сложной и сложной. Идеи Просвещения, которые утверждали примат разума и осознания моральных обязательств, набирали силу.

В 1808 году, в год смерти Рокотова, через 20 лет после смерти Гейнсборо, дочь последнего Маргарет подарила Королевской академии последнюю работу своего отца — «Автопортрет» (1787). Самое раннее из таких произведений — «Портрет художника с женой и дочерью» (1748 г.) было в жанре «прогулочного портрета», а автопортрет художника в треуголке (1754 г.) — в «камерном». » стиль. Автопортрет 1759 года в лондонской Национальной портретной галерее — одна из самых впечатляющих и законченных композиций художника.У Гейнсборо, уже зрелого мастера, пользующегося признанием и успехом, умный взгляд, обращенный на зрителя, и мягкая улыбка. Художник изображен без атрибутов своего ремесла: художник «в качестве декоратора сделал лондонского денди своим профессором» (позаимствовано из пушкинского «Евгения Онегина»). Он носит модный коричневый сюртук, белоснежную рубашку с кружевом и черный платок на шее, а под мышкой держит трехгранную шляпу. Современники Гейнсборо описывали его как довольно элегантного костюма, открытого и доброго человека со скромным поведением.Эмоциональная сдержанность и нарочитая «недосказанность» в мимиках и фоне придает изображению некую слегка холодную абстрактность. Следует отметить, что в портретах Гейнсборо фон играет гораздо более важную роль, чем в композициях других английских портретистов.

Человек пытливого ума, Гейнсборо был разносторонним художником: он увлекался скульптурой и гравюрой, а также любил музыку. Среди его друзей и клиентов были известные композиторы и антиквары, музыканты и актеры.Одно из самых ярких произведений Гейнсборо — портрет Сары Сиддонс (1785, Национальная галерея, Лондон), выполненный в стиле западноевропейского парадного портрета. В 1782 году Сиддонс поступил в Королевский театр на Друри-Лейн, которым руководил драматург Ричард Бринсли Шеридан. Вскоре она добилась оглушительного успеха в роли Изабеллы в пьесе Дэвида Гаррика «Изабелла; или Роковой брак». Сиддонс прославилась, сыграв леди Макбет, в то время как другие ее успешные роли включали Волумнию в шекспировском «Кориолане» и Дездемону.В ней сочетались классическая красота и страстный темперамент, интеллектуальная глубина и прекрасные вокальные данные. На портрете Гейнсборо прославленная трагическая актриса имеет царственный облик: «Королева сцены» сидит в кресле, как на троне, с тяжелыми бархатными драпировками на заднем плане. Ее поза величественна и впечатляюща, гордый профиль с легкой выпад подбородка вперед свидетельствует о сильной воле.

«Гордость — это то, что отличает ее лицо», — сказал секретарь французской дипломатической миссии в Санкт-Петербурге.Петербургский Клод-Карломан де Рулььер написал бы о Екатерине Великой [15], и образ Императрицы Рокотовым во многом соответствует такой характеристике. Художник тщательно передает покатый лоб, сжатые губы и решительный взгляд. Тяжелый подбородок уравновешен высоко зачесанными напудренными волосами, искусно украшенными жемчужными нитями и увенчанными легкой изящной короной. Профильный портрет призывает к определенной идеализации форм натурщика и вызывает ассоциации с классическим искусством, античными камеями и старинными медалями.Таким образом, зритель нечаянно видит аналогии с образами великих правителей прошлого.

Оба портретиста стали феноменально известными еще при жизни. Современники ценили портреты Гейнсборо и Рокотова за то, что каждый художник умело передавал реальную жизнь натурщиков, оправдывая их ожидания. И Гейнсборо, и Рокотов были последовательны в своем подходе к изображению физических особенностей. Клиенты британского художника могли рассчитывать на идеализированный парадный образ удивительного разнообразия.в лучших традициях стиля парадные портреты Гейнсборо завораживают своим великолепием. Сцены коронации и конные фигурки, натурщики в военной форме и охотничьей одежде, маскарадные или аллегорические костюмы — все эти композиции были созданы, чтобы наилучшим образом показать моделей и подчеркнуть их высокий социальный статус. Особенно на портретах королевской семьи: конкретная личность, изображенная на парадном портрете — например, принц Уэльский, будущий Георг IV — воплощала идеалы своей исторической эпохи.

Заказчики русского художника не ожидали портретного оригинала ни по размеру, ни по формату, но были уверены, что они будут представлены наиболее точно и благородно. «Джентльменский статус» Рокотова позволял ему на равных подходить к своим богатым и высокопоставленным предметам. Орловы и Голицыны, Воронцовы и Куракины просили услуг художника, желая стать собственниками шедевров Рокотова. В отличие от крепостных художников (вроде Ивана Аргунова), Рокотов не поклонялся и не угождал каждой прихоти натурщика, но работал в русле своей личной мифологии портретной живописи.Возможно, поэтому его портреты поэтов-профессионалов и любителей — Василия Майкова, Александра Сумарокова, Николая Струйского — так удались.

Модели Гейнсборо — это люди, живущие в эпоху английского Просвещения. Они выставляются напоказ, их позы и жесты — продукт тщательно продуманной системы обучения. Англичанин и русский по-разному взаимодействуют со зрителем. Модели Гейнсборо абсолютно заинтересованы в реакции зрителя: направленный взгляд ожидает взаимопонимания и решительно обращается к аудитории.А вот модели Рокотова могут хорошо ужиться без какой-либо реакции извне, настолько богат их внутренний мир.

Гейнсборо не оценил его растущую популярность. Смена самодовольных физиономий, сменяющих друг друга, иногда доводила его до депрессии. «К черту всех джентльменов!» он жаловался в письме молодому коллеге: «Они злейшие враги художника, если художник не может держать их на значительном расстоянии. Они думают, и, может быть, вы тоже иногда так думаете, что они награждают ваши достижения своей компанией и вниманием.[16] Однако, несмотря на ворчание Гейнсборо, аппетит публики только усилился. Клиенты заранее записывались в лист ожидания, покупая огромные роскошные рамы для своих гостиных, а затем долго ждали своего окна возможностей в графике художника. Задержка может длиться год, а то и два. «Природа портретной живописи такова, что существует постоянная погоня, — философствовал Гейнсборо, — когда один дурак появляется за другим, как будто их всех укусила блоха, и этого вполне достаточно, чтобы свести меня с ума.”

К сожалению, ни одно из писем Рокотова не сохранилось. В какой-то мере голос художника «слышен» в письмах, которыми обмениваются князь Александр Куракин и младший офицер В. Мерзлукин: Рокотов был нанят богатым меценатом Куракиным для создания портрета Мерзлукина. князь, Мерзлукин процитировал все разговоры между собой и художником. Рокотов вел себя совершенно независимо. «Он сказал мне, что о его работе в этот праздничный сезон не может быть и речи», — писал Мерзлукин 25 декабря 1783 года, — и в дни, непосредственно следующие за ним. в праздничные дни он не сможет продолжить работу над моим портретом, потому что ему нужно закончить два женских образа.[17] Рокотов приступил к портрету Мерзлукина 18 января 1784 года и закончил его 26 февраля. Заседания проходили по пятницам, начиная с утра, и могли длиться «до двух часов дня». Но заказчик остался доволен и написал, что изображение получилось «очень похоже на оригинал».

Рокотов мог позволить себе избирательно подходить к своим клиентам, даже отклоняя выгодные предложения. Так, член попечительского совета Московского детского дома Богдан Умский с возмущением написал его куратору Ивану Бецкому: «У нас должен быть портрет Профирия Акинфиевича Демидова в кабинете Совета, но мы не знаем, как с этим делать». К тому же художника под рукой нет.Только Рокотов, сделанный славой тщеславным и высокомерным »[18]

Известен рассказ князя Ивана Михайловича Долгорукова о графине Скавронской, которая «заказала у известного художника Рокотова» портреты себя и своих родственников и уехала в Италию. и курьер, чтобы забрать их, но, когда ни один из них не пришел, он подарил работы одному из своих учеников, который продал их, как работы известного художника, уже упомянутому Крымову, поклоннику живописи.”[19]

В отличие от Гейнсборо, Рокотов практически не использовал атрибутов в своих портретах: художнику в таких указателях не было нужды. В своих портретах Рокотов выражал моральное или профессиональное положение своих натурщиков прежде всего с помощью цвета; нейтральный фон и стиль костюма также помогли полностью передать характерные черты человека.

Особое достижение Гейнсборо, возможно, заключалось в его открытии потенциала холодных цветов. В то время как Рейнольдс считал, что серый и синий цвета должны использоваться только для выделения насыщенных красно-коричневых тонов, Гейнсборо использовал синий как самостоятельный цвет.Он был первым, кто показал эмоциональную глубину, которую можно передать с помощью холодных цветов, результаты, которые были применены в серии портретов, в том числе «Голубой мальчик» (1770, библиотека Хантингтона, Сан-Марино, Калифорния) и «Портрет женщины». в синем »(Эрмитаж). В этих композициях Гейнсборо умело играет разными оттенками и полутонами основного цвета, оттеняя либо его серебристость, либо перламутр, либо перламутр, либо фиалку спокойного моря.

Цветовая гамма «Портрета женщины в розовом платье» Рокотова (1770-е, ГТГ) основана на тончайших градациях и оттенках теплого тона.Розовый цвет в костюме традиционно считается женским атрибутом. Если в английском языке есть два слова одного цвета, rose и pink, происхождение русского слова ближе к цвету бутонов и лепестков шиповника или гибискуса. Художник создал тончайшее шоу розовых тонов: самый насыщенный оттенок (маджента) — на губах, нежно-розовый — на щеках натурщицы, ярко-розовый (красный бутон) — на подкладке кепки и лент. Оттенок платья определить сложно — такой нежно-розовый в рококо известен как «бедро напуганной нимфы».Не только нежная цветовая гамма и причудливая изысканность полутонов, но и характеристики делают эту композицию настоящей рокайлью. Рокотов старается уловить в неправильных чертах лица натурщика очарование молодости и кокетливую грацию, которые являются ценнейшими и популярнейшими чертами рококо.

Интересно сравнить «Портрет женщины в розовом платье» с «Портретом дамы в голубом». Девушка в композиции Гейнсборо из Эрмитажа в полупрозрачном открытом платье; синий шелковый шарф почти соскальзывает с ее великолепных плеч, которые ее тонкая рука, украшенная золотым браслетом, с трудом удерживает на месте.

Напудренные волосы зачесаны высоко, причудливо уложены и увенчаны маленькой шляпкой со страусиными перьями и голубой лентой. Красивая аристократическая дама мечтательно закатывает глаза, чувственно полуоткрывая нежный ротик. Русская барышня тоже одета и причесана по последней европейской моде, но ее одежда довольно скромная, без обнаженных плеч и глубокого декольте. Рокотов изобразил целомудренный идеал красоты девушки из московской патриархальной среды.Черты лица у нее очень правильные, но как привлекательна эта «очаровательно добрая девушка» своей чистотой и серьезностью! Здесь мы ясно видим, как «идеал не противопоставляется индивиду, а реализуется через него и в нем» [20].

Нечто подобное происходит, если сравнить «Портрет Анны Тулиновой» (конец 1770-х, ГТГ) и «Портрет леди Элизабет Монтегю, герцогини Бакклюх и Куинсберри» (ок. 1767, частное собрание, Великобритания). Между модными нарядами этих двух барышень так много общего, несмотря на расстояние между мирами, в которых каждая жила: дорогое атласное платье с декольте, бантом на лифе, на уровне груди, и столь же кокетливое платье. повязка на шее.Прически похожи друг на друга: волосы зачесаны высоко на голове, украшены эгреткой и круглыми бриллиантовыми серьгами. Но насколько разные эти модели. Аннушка была дочерью московского купца Семена Журавлева, владельца дома на Садовой Большой, , слобо да. [21] в конце 1770-х она была выдана замуж за капитана Тулинова. Возможно, Рокотов изображал «девушку на выданье»: [22] образ полнокровной, круглолицой и пышной Анны Тулиновой резко контрастирует с изящной и бледной леди Монтегю.

Сравнение мужских сюжетов дает не меньшую пищу для размышлений, как «Томас Линли Младший» (ок. 1772, Далвичская картинная галерея, Лондон) и «Князь Иван Барятинский» (начало 1780-х, Третьяковская галерея). Натурщик Рокотова, молодой Иван Иванович Барятинский, происходил из старинной аристократической русской семьи — он был 27-м в длинной дворянской линии потомков легендарного основателя Руси варяжского Рюрика, а его матерью была княгиня Екатерина Шлезвиг-Гольштейнская. Зондербург-Бек.Красивая внешность Барятинского снискала ему славу с юности, он получил первоклассное образование, знал несколько иностранных языков и был профессиональным музыкантом. У князя впереди блестящая дипломатическая карьера: во время правления Александра I он служил в дипломатической миссии России в Лондоне, а затем послом в Мюнхене. В 1812 году он оставил службу, поселившись в родовом имении Ивановское Курской губернии. Несколько лет, проведенных в Англии, и его брак с дочерью лорда Шерборна (которая умерла молодой, при родах) превратили Барятинского в настоящего англофила.Он посвятил остаток своей жизни улучшению и обновлению своего имения, названного Марино в честь своей второй жены. Живя в глубинке России, князь применял на практике знания агрономии, полученные им во время заграничных путешествий.

Яркий луч света эффектно подчеркивает фигуру юноши, гармонично вписанную в овал. Будущий дипломат, словно предвкушая свою насыщенную событиями жизнь и блестящую карьеру, надменно смотрит на зрителя свысока. Высокородный меломан изысканно одет: малиновый сюртук живописно контрастирует с черным бантом на напудренных волосах и золотым камзолом.Рокотов откликается на очарование серьезного лица юноши, его впечатлительность, свежесть его души. В личности Барятинского портретист уловил черты, якобы отличавшие образованных молодых людей того исторического периода.

Томас Линли носит похожую кофточку, только более яркого оттенка из красного кирпича, его белая рубашка и черный треугольник дополняют одежду. Гейнсборо подчеркивает легкий выпад нижней губы вперед и снисходительный взгляд, направленный на зрителя.Молодого англичанина отличает холодность и надменность, отстраненность образа, подчеркнутая внешней эмоциональной сдержанностью парня, нарочитой «недосказанностью» его мимических жестов и нейтральным фоном композиции.

Федор Рокотов и его старший современник Томас Гейнсборо — оба поистине «национальные» художники, на которых повлияла их родная среда. Оба портретиста пережили фантастический подъем своей популярности в 1770-1780-х годах. рост его экономической и политической мощи и расцвет искусства.Рокотов работал в «золотые времена правления матери нашей Екатерины», в период военных побед, экспансии на новые обширные территории и окончательного превращения России в могущественную империю — в век доблестных воинов и «великих чудаков», искушенных знатоков. «изящных искусств» и помещиков, которые безжалостно правили своими крепостными.

Работы обоих художников можно назвать «историей через личности». В натурщиках обоих художников, независимо от их социального положения и возраста, чувствуется богатая внутренняя жизнь, внутренняя независимость и замечательная индивидуальность — все это также отличили самих художников.Художники обладали разным художественным темпераментом и были представителями разных направлений, прослеживаемых на протяжении всей истории портретной живописи. По-разному Гейнсборо и Рокотов обозначили новые этапы в развитии своих национальных школ портретной живописи. С ними визуальные образы приобрели как духовную утонченность, так и поэтическую чувствительность.

  1. Лебедев Алексей. «Федор Рокотов». Москва-Ленинград: 1945. С. 14.
  2. .

  3. Запись в так называемых «исповедальных книгах» (учет населения) церкви Никиты Мученика (мученика), Ивановский Сорок (церковный кластер) за 1787 год: «Академик Федор Степанов, сын Рокотова, 51 год» / / Лапшина, Н.П. «О некоторых ранних произведениях Рокотова». в: «Искусство», 1951, № 5. С. 84.
  4. Романычева, Ирина. «Федор Степанович Рокотов. Его жизнь и искусство». СПб, 2008. С. 22.
  5. .

  6. Взгляды автора подробно изложены в статье «Призрак Федора Рокотова». в: «Русское искусство», 2016, № 2. С. 45-50.
  7. Молева, Нина. «Тайны Рокотова, или Жизнь великого портретиста, творившего при Екатерине Великой».Москва, 1994. С. 70.
  8. .

  9. Марасинова, Елена. «Рабы и граждане в Российской империи XVIII века», в книге «Знакомство с европейскими нравами и обычаями среди европейского народа. Очерки по проблеме адаптации западных идей и практик в Российской империи». Составитель Доронин, Андрей Москва, 2008.
  10. Лапшина Наталья. «Федор Степанович Рокотов». Москва, 1959. С. 82.
  11. Фактически есть уточнение, что речь идет о Дмитрии Рокотове.Российский государственный военно-исторический архив (РГВиА). Фонд 314. Дело 1. Позиция 3369.
  12. Лебедев Алексей. «Федор Рокотов: Очерки к монографии». М .: 1941. С. 15.
  13. .

  14. Российский государственный исторический архив, фонд 1343, д. 28, документ 2361. Герб Рокотовых находится в «Собрании гербов российских дворян, не входящих в Общую геральдику», ч. 12. С. 40
  15. «Московские ведомости», 1809, вып.8. С. 177.
  16. Бобриков Алексей. «Другая история русского искусства». Москва, 2012. С. 65.
  17. .

  18. «Федор Степанович Рокотов: Каталог выставки». Москва, 1923. С. 10.
  19. .

  20. Анисимов, Ю. Ф.С. Ротокова // Искусство, 1938, № 3, 1938. С. 77-96.
  21. .

  22. Клод Карломан де Рулььер. «История и анекдоты революции в России 1762 года» (русский перевод «Анекдотов о революции в России в 1762 году») // «Россия XVIII века глазами иностранцев».Ленинград, 1989. Стр. 264-265.
  23. Некрасова, Е.А. «Письма Томаса Гейнсборо как источник для изучения его эстетических взглядов» // Философия искусства в прошлом и настоящем. М., 1981.
  24. Алексеева Т.В. «Новые открытия в отношении Рокотова» // «Русское искусство XVIII века. Документы и исследования». Москва, 1968, С. 280-281.
  25. «Русский архив», 1906. № 8. С. 635.
  26. Долгорукий иван Михайлович. «Святыня моего сердца, или словарь всех людей, с которыми у меня были разного рода отношения в течение моей жизни».Москва, 1890. С. 757.
  27. Лотман, Юрий. «Портретная живопись» // «Статьи по семиотике культуры и искусства». СПб, 2002. С. 349.
  28. .

  29. Последние исследования показывают, что в 1789 и 1791 годах Рокотов снимал жилье у наследников «старшего лакея двора Герасима Тихоновича Журавлева» // Гармаш, Т .; Оксенюк, А. «Наследники академика Рокотова», в «Антикварном мире». ». 2013, октябрь. Стр. 63, 65.
  30. См .: Маркина, Людмила. «Портреты Рокотова.Новые поступления Третьяковской галереи // Искусство, 1986. № 9. С. 66-67.

Иллюстрации

Томас Гейнсборо. Портрет дамы в голубом. г. 1780
Холст, масло. 76,5 х 63,5. Эрмитаж

Федор Рокотов. Портрет Екатерины II. 1763
Холст, масло. 155,5 х 139 см. Третьяковская галерея

Томас Гейнсборо. Миссис Сиддонс (Сара Сиддонс). 1785
Холст, масло.126 × 99,5. Национальная галерея, Лондон

Федор Рокотов. Портрет Екатерины II. 1763.
Этюд для коронационных портретов (1763, ГТГ, Павловск). Масло на холсте. 59,5 х 46,9. Третьяковская галерея

Томас Гейнсборо. Автопортрет. г. 1758-1759
Холст, масло. 76,2 х 63,5. Национальная портретная галерея, Лондон

Федор Рокотов. Портрет князя Дмитрия Голицына. 1760-е
Холст, масло.62,7 х 51,8. Третьяковская галерея

Федор Рокотов. Портрет неизвестного. 1757
Холст, масло. 44,2 х 33,5. Третьяковская галерея

Томас Гейнсборо. Мэри Литтл, позже леди Карр. г. 1765
Холст, масло. 127 × 101,6. Йельский центр британского искусства, Нью-Хейвен, Коннектикут, США

Федор Рокотов. Портрет женщины в розовом платье. 1770-е
Холст, масло. 58,8 х 46,7. Третьяковская галерея

ТОМАС ГЕЙНСБОРУ. Портрет леди Олстон (Гертруда Олстон, урожденная Дарнфорд). г. 1767
Холст, масло. 76,2 × 63,5 см

Федор Рокотов. Портрет Варвары Новосильцовой. 1780
Холст, масло. 70,5 х 59. Третьяковская галерея

Томас Гейнсборо. Автопортрет. 1754.
холст ил. 58 × 49 см. Маркиз Чолмонделей, Houghton Hall

Федор Рокотов. Портрет Александра Римского-Корсакова в молодости. Конец 1760-х
Холст, масло. 56,5 х 46 см. Третьяковская галерея

Федор Рокотов. Портрет Василия Майкова. 1775–1778
Холст, масло. 60 × 47,8. Третьяковская галерея

ФЕДОР РОКОТОВ. Портрет Анны Тулиновой. Конец 1770-х
Холст, масло. 59,3 х 46 см. Третьяковская галерея

Томас Гейнсборо. Дочь художника Мария. 1777
Холст, масло. 77,5 х 64,8. Галерея Тейт, Лондон

Федор Рокотов. Портрет графини Елизаветы Санти. 1785
Холст, масло. 72,5 × 56 см. Русский музей

Федор Рокотов. Портрет Варвары Суровцевой. Вторая половина 1780-х годов
Холст, масло. 67,5 х 52 см. Русский музей

Томас Гейнсборо. Элизабет Роттсли, позже герцогиня Графтон. 1764-1765
Холст, масло. 76,1 х ​​63,5. Национальная галерея Виктории, Мельбурн

Федор Рокотов. Портрет князя Ивана Барятинского. Начало 1780-х
Холст, масло. 64,2 х 50,2. Третьяковская галерея

Томас Гейнсборо.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.