Понятие красоты в искусстве: Что же представляет собой красота в искусстве?

Содержание

Что же представляет собой красота в искусстве?

Красота в глазах смотрящего – популярное высказывание, датируемое 3-им веком нашей эры. Каждый, кому посчастливилось быть созерцателем, думаю, убедился в этом.

Шекспир, гений литературы, идеально выразил эту мысль в своей пьесе «Бесплодные усилия любви» 1588 года:

Хоть красота посредственна моя,
Я в похвале цветистой не нуждаюсь.
Она оценивается глазами, –
Язык барышника тут ни при чем.

(перевод М. А. Кузмина)

Когда речь идет об искусстве, некоторые люди могут утверждать, что оно не всегда прекрасно, но на самом деле одно и то же произведение не должно быть прекрасным для всех. Ведь взгляды одного человека чрезвычайно отличаются от взглядов другого во многих аспектах жизни, у всех различное понимание мира, надежды, любви и счастья. И взгляд на одно и то же произведение искусства даже у двух очень близких людей может быть разным. Значит ли это, что все основано на индивидуальном мнении или нет?

Что есть мир? Славный спокойный день, проведенный в кругу семьи, или мирное небо над головой? Что есть вера? Это глубокая убежденность в чем-либо глобальном, в мироустройстве или же это просто убежденность в том, что сегодня тебя ждет замечательный день?

Сколько людей, столько и мнений. Все же данные понятия основываются на особенностях интерпретации.

Красота – это субъективное понятие. Она отражается в твоих предпочтениях. Она — то, что находит отзыв в твоем сердце.

Картина «После школы» художника Фердинанда Вальдмюллера (Ferdinand Waldmuller) отражает гамму эмоций – от веселости до досады, от агрессии до нежности, что дает зрителям хорошую пищу для размышлений.

Существует принципиальное, но вовсе не обязательно верное мнение о красоте, которая якобы должна обладать законченностью, точностью и чистотой. Чаще всего эти представления навязаны обществом.

Дебаты о красоте можно продолжать до бесконечности. Но мы можем обратиться к истории, чтобы понять, что же она такое и есть ли ей место в искусстве.

Самые известные значения слова «красота»

Лев Толстой, великий русский писатель, однажды сказал фразу, в которой кратко изложил мысль о красоте в искусстве: «Вот на этой-то способности людей заражаться чувствами других людей и основана деятельность искусства. Если человек заражает другого и других прямо непосредственно своим видом или производимыми им звуками в ту самую минуту, как он испытывает чувство, заставляет другого человека зевать, когда ему самому зевается, или смеяться, или плакать, когда сам чему-либо смеется или плачет, или страдать, когда сам страдает, то это еще не есть искусство. Искусство начинается тогда, когда человек с целью передать другим людям испытанное им чувство снова вызывает его в себе и известными внешними знаками выражает его <…>».

Что же представляет собой красота в искусстве?

Воздействие искусства может быть поистине сильным, да настолько, что мы можем воодушевиться на создание собственного произведения. Некоторые люди могут достигать чувства благополучия, прибегая к искусству как к терапии. Оно позволяет им не только расслабиться, но и очищает мысли, что в разы упрощает решение трудных вопросов. Однако встреча с произведениями искусства может иметь и обратный эффект. Например, какие-то из них могут вызвать у некоторых людей чувство злости или даже ярости. Реакция людей, подвергнутых воздействию искусства, непредсказуема. Оно выражает наши внутренние переживания, имеет власть над нашими эмоциями, побуждает к определенным действиям и даже открывает нам глаза на то, чего мы не замечали ранее.

Иоганн Винкельман (Johann Winckelmann), немецкий искусствовед, настаивал на том, что красота имеет три основных уровня:

  • Красота формы
  • Красота идеи
  • Красота выражения, которая, по его словам, возможна только при наличии первых двух факторов

Итак, красота должна быть наивысшей формой выражения и, в свою очередь, главной задачей искусства.

Известный журналист и беллетрист, Виктор Шербюлье (Victor Cherbuliez), рассматривал искусство как деятельность, которая

  • удовлетворяет нашу врожденную любовь к изображениям;
  • привносит идеи в эти изображения, тем самым доставляя удовольствие одновременно нашим чувствам, сердцу и разуму. Красота – это всего лишь иллюзия, нет ничего, что можно назвать абсолютно красивым, но мы думаем, что красиво то, что гармонично.

Опираясь на эту точку зрения, можно сказать, что красота – это иллюзия. Возможно, красоты вообще не существует, не говоря уже об абсолютной красоте.

Красота есть то, что для нас гармонично.

Искусство прекрасно

Так или иначе, ты уверен, что красота в искусстве имеет место быть, и любые ее проявления, так или иначе, влияют на тебя. Очевидно, это трудно до конца объяснить и понять.

Каждое произведение искусства, будь то картина, ваза или статуя, имеет свои уникальные характеристики – цвета, линии и текстуры, которые находят отзыв в твоем сердце и твоей душе.

Те чувства, которые вызывает у тебя произведение искусства, в свою очередь, помогут тебе решить, прекрасно оно или нет.

12+

Природа прекрасного (красота в жизни, искусстве, религии) | Беседка | Страница 2

Красота и красивость.

В связи с этим необходимо рассмотреть ещё один нюанс. Понятия красота и красивость. Выше было сказано, что способность переживания прекрасного, внутреннее качество живого существа. Оно может быть развито в большей или меньшей степени или не развито вообще. Это один вопрос. Второй – оно может быть чистым или в разной степени замутнено или искажено. Может и совсем вывернуто на изнанку. Было сказано и то, что причиной искажения, есть потустороннее вмешательство инфернальных сил, в том числе с высокоразвитым интеллектом. Из этого можно сделать выводы – оценка прекрасного-безобразного, происходит в одних случаях естественно, как бы изнутри, не зависимо ни от каких внешних установок. В других, в соответствии с заложенными в голове установками. И та и другая оценка может быть подвержена влияниям как светлых, так и тёмных начал, а чаще смешенная, в разных пропорциях. С этой позиции рассматривалось всё выше сказанное, но в большей степени в профессиональном искусстве. Здесь же речь пойдёт как о профессиональном, так и непрофессиональном творчестве, и соответственно, о понимании сторонами прекрасного-безобразного. С их позиций и следует рассмотреть понятия – красота и красивость.

Получая образование, художник, поэт, композитор и т.д. знакомится с опытом предыдущих поколений, совершенствует навыки, приобретает собственный опыт и вырабатывает своё представление о красоте, чаще в соответствии с господствующими в данной школе представлениями. То есть, в его голову закладывается определённая установка. В большинстве случаев человек программируется на то, что считать красивым, а что некрасивым. Иногда эта программа положительная, благотворно действующая на психику, иногда отрицательная, действующая разрушающе.

Если брать только положительные представления о прекрасном и безобразном, то мы знаем что они менялись, зависели от эпохи, от культуры, от общественного положения, от принадлежности к той или иной школе. Менялись с трудом, иногда «враждовали». А разнообразие взглядов всегда говорит о том, что, не смотря на охват и глубину какого либо мировосприятия, каждое из них всё-таки ограничено. Чаще всего это представление, (в нашем случае о прекрасном-безобразном), абсолютизируется и не допускает какого либо другого представления, даже из общепризнанных. Ситуация ещё больше усложняется, когда речь идёт о новом, доселе не виданом. И ещё больше, когда речь идёт об оценке не профессионального творчества. В рассмотрении творчества чаще не профессиональных художников, и применяется понятие красивость.

Для того, чтобы мысль была яснее, необходимо помнить о том, что прекрасное в жизни и искусстве, носит, в первую очередь, созерцательный характер. Непрофессиональный художник, (не получивший соответствующего образования), имеет своё собственное представление о красоте. Её он воспринимает не посредством ума, а непосредственно, сердцем. В живописи это могут быть открытые яркие цвета, иногда излишня или наоборот упрощённая прорисовка деталей, без крепкого построения рисунка, простенькие сюжеты.
Обычно под критику попадает цветовое решение картины и «простенькие», «наивные» сюжеты.

Летящая по волнам

Здесь, при оценке опять следует учитывать несколько факторов.
Первый – в простеньких сюжетах и цветовом решении всё-таки присутствует нечто привлекательное и через созерцание, воспринимается его благотворное влияние. «Неподготовленный» ценитель, как и художник-любитель, воспринимают произведение непосредственно чувствами. Воспринимают суть, а не форму. «Подготовленный», чаще всего наоборот, видит форму, а не суть. Интеллект и установка, заложенная в нём, мешает воспринимать внутреннее настроение автора. С одной стороны, он имеет на это право, но только в том случае, если форма в его творчестве, и подготовка, не заглушает суть, красоту. (Г. Семирадский, М. Антакольский, к примеру). В пользу непосредственного, неподготовленного восприятия говорит и тот факт, что учебные учреждения выпускают ежегодно сотни профессионалов в различных областях искусства, но творцами с мировым именем из них составляют небольшой процент. Процент же самобытных, непрофессиональных художников среди метров с мировым именем достаточно большой.

Г. Семирадский. Христос в доме Марфы и Марии

Выпускают учебные заведения и огромное количество искусствоведов и критиков. Но странная деталь, среди них не только нет единого мнения о природе прекрасного и о том, что считать прекрасным, что безобразным, но эти представления взаимно исключают друг друга. Да и среди «подготовленных» зрителей, нет единого мнения, по этому вопросу. Это вторая причина, по которой не может быть никакой объективной оценки. Третья та, что они предлагают и достаточно часто, гораздо худший вариант – вариант «прекрасного», действующий отрицательно, а то и разрушительно на психику. А таких произведений, особенно в современном искусстве, предостаточно. Здесь они даже превалируют. Тогда как наивное искусство производит благоприятное, укрепляющее душевный состав, воздействие.

Для начала возьмём пример понимания красоты и красивости в профессиональном творчестве.

Красота говорит

https://maryand.ru/krasota-govorit

Основная мысль (лекции) состоит в том, что архитектура определяет наше мировосприятие, мироощущение и образ жизни в целом. Архитектура способна говорить с нами о многом, а людям нужно только уметь понять ее слова. Многие здания “обманывают” обывателя: обильный и разнообразный декор фасада на деле оказывается не информационным шифром, а чистой декоративностью.
Так вот В. Басс предлагает судить о здании по тому, что оно о себе “говорит”, а не по тому, как оно выглядит. Как же она “говорит”? В качестве примера лектор приводит сопоставление двух зданий: Санкт-Петербургское общество взаимного кредита, построенное по проекту П.Сюзора в конце XIX века, и Санаторий Пуркерсдорф Й. Гофмана 1904-05 гг. Первое отличает обилие лепнины, рельефа, декораций, однако, оказывается, что это здание – типичный представитель своего времени, и весь фасадный декор “это ноль сообщения, потому что в то время все такое носят”. Второе при внешней плоскости, скудности форм и декора сообщает гораздо больше, потому что является вызовом своей эпохе.


Услышанное вернуло мои мысли к высказыванию господина Ямамото и натолкнуло на следующие размышления: получается, красивым следует называть что-то, обладающее определенной внутренней информацией – чем больше информации вещь сообщает о себе, тем она более цельная. Если вещь может поведать о себе несколько фактов разных уровней, заложенных в нее создателем или обусловленных историческим или социальным контекстом, значит она не только наделена красотой, она ее транслирует . Красивость же суть декоративность, поэтому ее внутренняя организация гораздо проще и часто совпадает с внешней.

Здесь подготовленные ценители в красивенькое зачислили прекрасное произведение видного профессионального архитектора П. Сюзора только потому, что оно типично для данной эпохи. И, по их мнению, не информационно. Один из показателей талантливого произведения, это его собственное лицо. Собственное лицо у здания кредитного общества, сделанное со вкусом, как раз есть. А значит уже не типично. Но можно согласится и с тем, что здание типично, если под типичностью для того времени понимать высокий вкус, индивидуальность и даже изысканность. А вот здание санатория, вряд ли будет узнаваемо среди типичных зданий. Так что здесь типичнее не бывает. Если говорить об информационности, то даже фрагмент здания кредитного общества говорит больше чем глыба здания санатория. Предпочтение же плоскости и скудности, говорит о плоскости и скудности мышления и вкуса «ценителей». И ещё о борьбе двух противоположных начал. В данной статье сердце автора чувствует прекрасное, а заложенная программа выдаёт свою установку. Получается конфликт сердца и ума. Вот и выискиваются различные зацепки чтобы заглушить сердце. Надо же как то убедить себя, что «Чёрный квадрат» Малевича, это шедевр из шедевров.

Здание Санкт-Петербургского общества взаимного кредита, по проекту П. Сюзора.

Следующий пример, непрофессиональные художники – творчество Марио Дугуайя или Жозефины Уолл. Их живопись воспринимается ценителями не однозначно. Самыми «подготовленными» отвергается сразу. «Менее», вначале может притягивать, пока не сработает установка. Позже, или отвергается исходя из установки, или возникает внутренняя раздвоенность и даже борьба внутреннего интуитивного чувства прекрасного и заложенной установкой. Не воспринимается подготовленными ценителями, наивный сюжет и работа открытыми насыщенными цветами. Но всё познается в сравнении.

Марио Дугуай

Жозефина Уолл. Аврора

Генрих Семирадский. «Баловник».

Сравним Марио Дугуайя и Жозефины Уолл с Генрихом Семирадским. Работы совершенно разные и как бы даже не могут быть поставлены рядом. У Семирадского профессиональное, композиционно выверено, с крепким построением рисунка, сложное в цветовом решении, произведение. Прекрасно передана и работает на композицию игра света и тени. У Дугуайя, простенькая, с точки зрения «подготовленного ценителя», композиция, открытые несложные цвета, точнее, работа цветом отсутствует вообще, наивный сюжет. Г. Семирадский здесь в более выигрышном положении. Но общее для этих двух «несравниваемых» художников то, что обе их картины вызывают сильные светлые, благотворно воздействующие на душу, (кто хочет психику), переживания. А именно в этом состоит одно из предназначений искусства. Посмотрим, с этой точки зрения, на творчество Жозефины Уолл. Опять, та же работа открытыми цветами, «наивные» сюжеты. Но, сколько света и теплоты излучают её картины. Работы Марио Дугуайя и Жозефины Уолл затрагивают ещё и глубокие, трансфизические переживания, переживания миров иных. По этой причине их следует относить не к разряду «красивеньких» раскрашенных картинок, а к произведениям, излучающим свет, красоту и трансфизическую глубину.
Из сказанного можно сделать вывод, что красивость, красивенькое, это то, чего не в состоянии, в силу заложенных в голову установок, и неразвитых способностей восприятия прекрасного, воспринимать «подготовленный» зритель. А в данном случае наблюдается и не способность восприятия проглядывающих сквозь реальность нашего мира, миров иноматериальных. То есть неразвитость органов духовного восприятия.

Попробуем сравнить их картины с картиной Звягина М. Л. «На работу».

Звягин М. Л. «На работу».

Картина «На работу» написанная видным советским художником. Претензий с точки зрения построения, профессиональности исполнения, у подготовленного зрителя, к ней нет. А вот впечатление она производит удручающее. Грязно-бурые цвета строений и земли, огромная чёрная гора угля и локомотив, грязный снег, разбитая грязная дорога, бурый дым из труб, жёлтое закопченное небо и фигура сутулящегося человека, добирающаяся на работу. По осанке фигуры, по настроению картины, по названию, видно, что это будничная ситуация, человек втянулся и воспринимает такое положение как должное. Произведение не только не способно вызвать светлые возвышенные переживания, но и провести зрителя через катарсис. Это ещё одно из предназначений искусства. В картине читается будничность и безысходность.

И сравним картины Дугуаййя и Уолл с картинами П. Пикассо и С. Дали.

Вечерний паук сулит надежду — Сальвадор Дали

Последние два метры с мировым именем. У Дали плывущие, тягучие формы, коричнево-серая цветовая гамма. У Пикассо уродливо деформированное лицо, резкие ядовитые цвета на фоне бурой стены. Человека «неподготовленного», с тонкой нервной системой, увиденное способно вызвать только ужас и загнать в глубокую депрессию. Но здесь «подготовленные» ценители «прекрасного» не кричат ни о неумелом построении рисунка ни о примитивном цветовом решении и тем более о разрушающем воздействии на психику. Не переубеждает их и аргумент, что никто из них не захотел бы такое «прекрасное» лицо и фигуру, как у женщины на портрете. А вот две выше приведенные картины наоборот, могут вывести из любой депрессии. Это уже не только анти искусство, а агрессивное анти искусство.

Пабло Пикассо «Сидящая женщина в голубом платье»

На лицо достаточно грустное положение – искусство превратили в культ, произведения в предметы культа, исполнителей в кумиров, зрителей в зомби не способных критически мыслить. Любая попытка самостоятельно разобраться, а тем более критическое отношение к кумирам, вызывает огромное противодействие, сарказм. Здоровая аргументация игнорируется или высмеивается. Понятие о прекрасном и безобразном перевёрнуто с ног на голову. И становится понятно, с какой целью проводится и кем инициирована компания. Цель – заглушить в зародыше, иногда неумелые иногда даже удачные попытки выразить свои светлые, возвышенные чувства.

КРАСОТА | Энциклопедия Кругосвет

КРАСОТА наряду с благом (добром) и истиной – важнейшая человеческая ценность. Критерием красоты является особое, эстетическое чувство, переживание. Это субъективный критерий, но в нем два составляющих компонента: общезначимый и индивидуально – личностный. Общезначимость не распространяется на все человечество. Красота не является общечеловеческой ценностью. То, что считают красивым одни поколения, одни народы и различные социальные группы (например, возрастные), другие поколения, народы и группы могут не считать. В этом смысле красота – относительна. Нет абсолютных эстетических ценностей. Но есть абсолютная общечеловеческая способность отличать красивое от некрасивого, безобразного. Она называется эстетическим вкусом. Вкус может быть более или менее развит. Отсутствие эстетического вкуса обедняет человеческую личность, делает ее не до конца полноценной.

Тот факт, что критерием красоты выступает чувство, делает невозможным логическое, рациональное определение понятия красоты. Красота переживается, но логически не определяется, не «схватывается» в абстрактных понятиях. Все попытки в этом направлении оканчивались неудачей. В иррациональности красоты нет ничего мистического, как нет мистического в иррациональности любого чувства или такого понятия как «мнимое число» (квадратный корень из минус единицы) в математике. Иррациональное так же объективно существует и функционирует, как и рациональное.

Невозможность дать исчерпывающее логическое определение красоты не означает, что нельзя указать на целый ряд признаков, объективно присущих способности переживать. Одним из таких существенных признаков оказывается способность «схватить» в воспринимаемом (или представляемом) единство в многообразии. Такое единство вносит порядок в многообразие, делает сложное относительно простым. Свой вклад в единство вносят такие объективные качества как органическая целостность, целесообразность, симметрия, пропорциональность, ритм и др. Указанные свойства сами по себе, независимо от человека, не являются красотой. Они выступают как объективные предпосылки, условия для формирования в сознании (и бессознательном) воспринимающего (или представляющего) человека феномена красоты. В той мере, в какой красота не может возникнуть на «пустом» месте без объективных предпосылок, она объективна. Одновременно следует признать ее субъективной, ибо она требует от человека определенных усилий, действий, которые не могут не быть творческими актами. Любая красота – и не только в искусстве – продукт творчества. Описывая красоту цветка, В.Брюсов писал: Есть тонкие властительные связи / Меж контуром и запахом цветка. Чтобы выявить такие связи, требуются от любого, кто чувствует красоту этого цветка, творческие усилия. Конечный результат этих усилий переживается как гармония, гармоническое состояние души.

Различия между людьми в оценке (и одновременно в творчестве) красоты объясняются тем, что на основе одних и тех же объективных предпосылок создаются разные гармонии, разные единства многообразного, разные симметрии, разные гармонии, разные единства многообразного, разные симметрии, разные ритмы, разные пропорции. Наиболее отчетливо это видно в искусстве, в его многообразных эстетических качествах на различных ступенях истории, у разных народов и у отдельных авторов.

Почему люди по разному оценивают (и творят) красоту? Чувство красоты – чувство приятного, положительно действующего на органы зрения и слуха. Неприятной красоты не бывает. Неприятно – безобразное. Различение чувственно-приятного от неприятного – одна из функций эстетического вкуса.

Вкус бывает не только эстетический. Люди различают «на вкус» приятную и неприятную пищу (напитки, запахи и др.). У разных народов и отдельных индивидов имеются врожденные, физиологические реакции в отношении приятного. Поэтому справедливо говорят, что о вкусах не спорят. В этом физиологическом аспекте это верно и в отношении эстетического вкуса. Разные народы и отдельные люди эстетически предпочитают разные цвета и звуки.

Своеобразие и сущность эстетического вкуса состоит не в физиологической, но в культурно-исторической природе. Чувство красоты – сравнительно поздний продукт культурного развития. То, что сегодня оценивается как красивое, на ранних стадиях развития культуры оценивалось как целесообразное и полезное (утилитарное). Например, в человеке негативно оценивалось прежде всего нарушения (отступления) от физической и психической нормы, ибо это отрицательно сказывалось на исполнении социальных ролей (работника, воина, матери и т.п.). Позже негативная оценка нарушения нормы ляжет в основу формирования эстетического феномена безобразного и комического. Напротив, соответствие норме и в особенности высокая степень совершенства положительных полезных качеств (и физических и психических) генетически восходит к феномену эталона красивого, к эстетическому идеалу.

Свидетельством этому может быть сегодняшняя речевая практика. Красота внешности человека часто обозначается такими словами, эпитетами, которые говорят о норме, цельности, здоровье человека: породистый, холеный, осанистый, гвардейский, широкоплечий, мощный, богатырский и т.п. Признаки болезни (исхудавший, истощенный, бледный и т.п.) часто выступают как синонимы «некрасивого».

Понятие нормы и эстетического идеала относительно. Высокий рост для европейца часто служит одной из характеристик внешней красоты человека, но такой же рост для низкорослых племен (например, пигмеев) – уродство. У каждого человеческого коллектива (социума) – своя мера, свой идеал. Знаменитый тезис греческого философа Протагора о том, что человек есть мера всех вещей (ср. у М.Волошина: Мир отвечал размерам человека, / И человек был мерой всех вещей) полностью относится к красоте.

Меру нормального, целесообразного и полезного для человека, человек переносит на весь окружающий мир, в том числе и на природу. В мире неодушевленной и живой природы нет сознательной цели, целеполагания, а значит и целесообразности. Там есть приспособленность к среде, соответствие структуры и функций (поведения). Но человек по аналогии с собой и своим поведением переносит на природу представление о целесообразности и соответственно о красоте. Природа для человека – неиссякаемый источник для формирования эстетических гармонических представлений, благодатная почва для формирования и осуществления чувства красоты. Твой взгляд – да будет тверд и ясен: / Сотри случайные черты / И ты увидишь: мир прекрасен. (А.Блок).

Осмысляя и обобщая в процессе многовековой общественной практики факт удовлетворения, удовольствия от целесообразности, полезности как своих действий и их результатов (предметов культуры), так и «целесообразности» в природе, человек стремился выявить общий источник такого удовольствия. Выявить не просто саму целесообразность, а форму целесообразности. Эта форма, или как ее охарактеризовал И. Кант, целесообразность без цели и есть красота, чувство гармонической формы, бессознательно, интуитивно формируемое в каждодневном опыте.

Независимо от конкретного содержания, с которым форма всегда связана и которую всегда выражает, эту форму, или красоту, отличают те же признаки, что свойственны объективным предпосылкам чувства красоты – органическая целостность, пропорциональность, симметрия, ритм, динамическая напряженность и др.

С формой целесообразности (красотой) мы встречаемся не только в мире вещей и процессов действительности, но и в мире понятий и представлений. Все, что непосредственно воспринимаемо (и представляемо) зрением и слухом, может быть предметом эстетического созерцания, вызывать чувство красоты. Так, математические и физико-математические понятия, когда они выражены в наглядной формулировке, четко фиксирующей определенный комплекс идей, могут быть предметом – для посвященных – эстетического восхищения. Л.Больцман испытывал эстетический восторг от «изящества» уравнений Д. Максвелла, выражающих основные законы электромагнетизма. Формулы Максвелла чрезвычайно целесообразны, им присущ ритм и емкость, выразительность и краткость, благодаря ритму их удобно схватывает глаз. Не случайно известный современный математик Г.Харди считает красоту высшей целесообразностью с математической точки зрения. Еще Пифагор и Платон усматривали красоту в числовых соотношениях. Согласно Платону «мера» и симметрия есть первооснова красоты. Для эстетического впечатления важен не только момент наглядности формы, но и преодоление сложности, сведение сложности к простоте как в области алгебраических знаков, так и в области геометрических конструктивных понятий. Характерны некоторые названия кривых аналитической геометрии – «трехлепестковая роза», «локон» и другие, указывающие на их эстетическую выразительность, красоту. В описании сложных химических соединений мы найдем разнообразные геометрические схемы, поражающие причудливой гармонией. Например, структурная формула черного анилина (краски) напоминает красоту орнамента, но только не декоративного, а выражающего взаимодействие, соотношение атомов.

Красота, будучи формой, объективно связанной с содержанием, субъективно совершенно свободна от какого бы то ни было интереса, от понятия о предмете, от соображений о цели или пользе. Она непосредственно своим чувственным обнаружением возбуждает в нас чувство удовольствия. Это удовольствие, наслаждение носит абсолютно бескорыстный характер. Мы любуемся предметом (объектом) созерцания и никакой другой цели, кроме этого любования, нет.

Если в самом предмете эстетического любования, в красоте нет цели, пользы, то сам процесс бескорыстного созерцания чрезвычайно духовно полезен. Бескорыстие придает ему высоконравственный характер. Мы любуемся предметом (объектом) созерцания и никакой другой цели, кроме этого любования, нет. Общение с красотой духовно полезно обществу и индивиду, ибо вносит свой вклад в формирование нравственных качеств личности. Не поэтому ли Достоевский считал, что красота спасет мир?

И.Кант различал свободную и «связанную», «обусловленную» красоту. Свободной красота бывает лишь в «поле» эстетического созерцания (и творчества), но это «поле» неизбежно вплетено в контекст реальной жизнедеятельности. Поэтому, обособившись, красота снова вступает в связь (и никогда ее не теряет) с различными видами целесообразной и полезной деятельности.

Начиная с древности, человек в трудовой деятельности не только создавал изделия, которые удовлетворяли насущные утилитарные потребности, но и творил их по законам красоты, в частности, украшая различными орнаментами. В свою очередь эти орнаменты были связаны с религиозно-магическими обрядами и действами. Связь красоты с полезными предметами нашла свое продолжение и развитие в народном декоративно-прикладном искусстве, в художественном ремесле и художественной промышленности. В структуре последнего формируется дизайн, который с точки зрения красоты (и разумеется пользы, целесообразности) осмысливает и оформляет предметы, учитывая особенности не только его внешнего вида, но и необходимое функциональное и композиционное единство.

Обратимся к игре. Красота как чувственно-приятное связана с врожденным игровым началом, которое старше культуры. Игре как факту культуры красота внутренне не присуща, но игра обладает склонностью вступать в контакт с различными видами красоты. Более примитивным формам игры с самого начала присущи радость и изящество. Красота движений человеческого тела находит свое высшее выражение в игре, в частности и в особенности – в спортивной. Здесь и в более высокоразвитых формах игры мы находим ритм и гармонию. Связь игры и красоты несомненна и многообразна.

Теснейшая связь красоты с религией прослеживается, начиная от древнейших магических обрядов и вплоть до современных религиозных культовых действий, обрядов и празднеств. При этом роль красоты не ограничивается декоративной функцией. Существует глубокая внутренняя связь красоты и религиозных идей, в особенности с нравственным аспектом религиозного сознания.

Красота связана тесными узами не только с добром, но и с такой интеллектуальной ценностью как истина. Как и в сфере религиозного сознания, красота не ограничивается декоративной функцией и в области философских и научных идей. Красота научных формул, о которых шла речь ранее, неразрывно обусловлена истинностью этих формул. Известный физик П.Дирак считал, что красивая теория, красивая формула не может не быть верной. Другой ученый-физик Р.Фейнман полагал, что истину можно узнать по ее красоте. Математик А.Пуанкаре писал о том, что полезными комбинациями являются как раз наиболее изящные комбинации. Знаменитый авиаконструктор А.С.Яковлев утверждал: «некрасивый самолет не полетит, не знаю почему, но не полетит». Опыт убеждал его в том, что некрасивые образцы надо отсеивать: все равно в эксплуатации они себя не оправдают. Все эти и подобные им высказывания восходят к Платону, считавшему, что «красота – сияние истины».

В концентрированном виде связь красоты с другими духовными ценностями и прежде всего с нравственностью проявляет себя в искусстве: музыке, театре, литературе, в изобразительном искусстве и др. – во всех «изящных» искусствах. По утверждению замечательного русского мыслителя М.Бахтина, все ценности здесь выступают под «эстетическим интегралом». Сердцевина этого «интеграла» – красота, которая выступает здесь в своей наивысшей форме – в форме прекрасного. Искусство всегда прекрасно, что бы оно ни изображало в своем содержании: красивое или некрасивое, даже безобразное. О.Роден писал, что «стоит великому артисту или великому писателю коснуться до какого-нибудь безобразия, чтобы оно мгновенно преобразилось: ударом волшебного жезла безобразное превращается в красоту: это алхимия, это колдовство!».

Художник двояким образом преодолевает безобразное, негативное. Во-первых, он достигает этого, представляя безобразное, негативное как общественный феномен. С позиций положительного нравственного идеала художник занимает по отношению к нему отрицательную позицию, произносит над ним приговор, тем самым способствуя утверждению эстетического идеала. Во-вторых, с помощью своего мастерства он создает красивую художественную форму. Основа этой формы – композиция с присущими ей объективными предпосылками красоты: целостностью, органичностью, ритмом, пропорциональностью (в частности и в особенности – «золотым сечением») и другими чертами. Кроме того, художественная форма в истинном искусстве находится в гармоническом соответствии с идеей произведения, с позиций которой художник оценивает изображаемое. В этом случае принято говорить об единстве формы и содержания. Художественная форма придает красоте в искусстве особое качество – художественность.

В современном искусстве модернизма и постмодернизма красота часто отходит на второй план. Место прекрасного занимают другие ценности, которые П.Валери назвал шок-ценностями – новизна, интенсивность, необычность. Подобное «искусство» в отличие от традиционного искусства не выполняет эстетической функции как главной и определяющей, оно осуществляет другие социальные функции.

Евгений Басин

Красота • Arzamas

Как древние греки и римляне украшали себя и жизнь вокруг

Рассказывает Вита Муханова

Здравствуйте! Меня зовут Ирина Калитеевская, я редактор сайта Arzamas, и мы продолжаем курс «Что такое античность».


Каждый из нас знает, как выглядела Античность. Для того чтобы ее увидеть, не нужно идти в античный зал какого-нибудь музея. Доста­точно просто посмотреть по сторонам. Например, архитектурные элементы, придуманные в Античности, можно увидеть почти в лю­бом городском пейзаже, и не важно, смотрите ли вы на венецианские палаццо или на сталинское метро. Но откуда взялись те каноны кра­соты, которые восхищают нас уже много тысяч лет? Что греки и рим­ляне считали красивым и как они украшали мир вокруг? С этими вопросами мы пришли к Вите Мухановой — филологу, автору лек­ционного курса «История античного искусства» на филфаке МГУ.


Понятие красоты в Античности было гораздо шире, чем в наше время. Понятие это включало не только статуи, картины, но и добродетели человека, его по­ступки, мысли — то есть не только эстетическую красоту в прямом смысле, но и красоту внутреннюю, нравственную. Так, например, греческий философ Сократ, не блиставший внешней красотой (что мы знаем по изобра­жениям, дошедшим до нас), обладал, по мнению греков, высшей красотой, в которой главными были внутренние, духовные и моральные, качества. И только позд­няя Античность выделяет красоту в более узком современном смысле, красоту действительно видимых вещей.


Таким же широким было понятие «искусство»: и греки, и затем римляне не раз­­личали слова «искусство» и «ремесло» (греческое tekhne, латинское ars): они могли применяться к труду, например, ученого, если результатом этого труда было то, что сделано правильно, то, что сделано согласно каким-то заранее установленным или предполагаемым принципам.


Понятия «красота» и «искусство» были связаны друг с другом в самом широ­ком смысле. Если утверждалось, что искусство должно стремиться к красоте, то только в том смысле, что всякое производство некоего объекта искусства или ремесла должно стремиться к красоте, должно стремиться к совершенству.


Для греков весьма важным было понятие космоса. Kosmos изначально имеет зна­чение первоначального порядка, упорядоченности, затем — значение кра­соты, затем — значение мирового порядка и Вселенной. Этот окружающий греков мир, «космос», был устроен так, что всё было в нем соразмерно и гар­монично. И те пропорции, та соразмерность, та гармония, которая присуща внешнему миру, для греков были главными критериями оценки красоты неза­висимо от того, что оценивалось: это могла быть статуя, это мог быть храм или какая-то постройка, это мог быть заяц, на которого предполагалась охота, это могла быть собака, которая должна была охотиться на этого зайца, и вообще что угодно.


В этой лекции мы поговорим, во-первых, о разных видах искусства, которые должны были соответствовать этим критериям оценки красоты, а во-вторых — о том, что такое для греков и римлян кра­сивое человеческое тело.


Начнем с архитектуры, ведь архитектурные каноны и формы, задан­ные Антич­ностью, сохранялись в Европе практически до самого не­давнего времени, да и до сих пор архитекторы то и дело прибегают к античным архитектурным стандартам и изобретениям, чтобы добиться ощущения некой идеальной, бес­спорной, классической красоты. Что же открыли античные архитекторы? Как, с точки зре­ния греков и римлян, должно было выглядеть красивое здание? В архи­тектуре красота — это правильные пропорции всех частей зда­ния. То, что затем в теории архитектуры будет называться словом «ордер», от латин­ского ordo — «порядок».


Что такое архитектурный ордер? Ну, прежде всего это некий порядок. Ордер — это правильное соотношение вертикальных и горизонтальных частей любой постройки, любого здания, то есть правильное соотношение несущих и несо­мых частей. Если опоры — неважно, стены это или колонны — будут тоньше, чем положено, или будут расположены не так, как положено, по­стройка рух­нет, потому что верхняя часть своей тяжестью задавит несущие части. Вот, собственно говоря, ордер — это и есть правильное, математически выверенное соотношение.


За единицу расчета должна браться какая-то мельчайшая деталь. Такой мель­чайшей деталью при строительстве храма является, судя по всему, диаметр колонны внизу. То, что человек видел в первую очередь. Нижний диаметр колонны также служил мерой для вычисления, например, пролетов между колоннами, поскольку, если колонны расставлены слишком близко или сли­шком широко, восприятие человека, который смотрит на эту постройку, иска­жается, и храм выглядит непропорционально.


Так что устойчивость — не единственное, что принимали в расчет греческие архитекторы. Конечно, важна была и сама по себе красота, то есть эффект, который здание могло произвести на зрителя.


При создании скульптуры или архитектурного сооружения греки обязательно учитывали оптическое восприятие. В архитектуре это приводит к тому, что ли­нии искривлены, колонны не параллельны: они немного накло­нены к центру. Крайние колонны всегда были чуть шире, чем остальные, потому что крайние колонны оказываются более освещенными, чем внутрен­ние, и эта освещен­ность искажает их реальные размеры. Для этого же греки делали небольшое утолщение посередине колонны: с одной стороны, оно предохраняло колонну от разрушения, потому что нагрузка несомых каменных частей была доста­точно серьезной, но в то же время оно создавало ощущение стройности и пря­мо­ты колонны.


Выработанные греками стандарты будут влиять на мировую архи­тектуру на протяжении многих столетий и даже тысячелетий. Конечно, эти каноны возникли не сразу.


Понятно, что для того, чтобы достичь совершенства, выработать каноны, про­порции, греческое искусство должно пройти какой-то период. Примером таких попыток могут служить храмы, которые находятся на юге Италии, в горо­де Пестум — это бывшая греческая колония, которая называлась Посей­донией. Там сохранились три храма разной степени сохранности, которые демонстри­руют еще несовершенный порядок соотношения колонн и несомых частей, несо­вершенный ордер: они кажутся немного толстоватыми, пузаты­ми и при­земистыми. И в качестве примера уже совершенной греческой архите­ктуры мы можем привести Парфенон на афинском Акрополе, главный храм Афин, посвященный главной богине — покровительнице города, Афине. В Парфе­ноне колонны выше и стройнее, чем в архаических храмах, высота колонны пример­но равна пяти с половиной диаметрам.


1 / 3

Храм Афины. Италия, Пестум. Конец VI века до н.э.Wikimedia Commons

2 / 3

Храм Геры. Италия, Пестум. Середина VI века до н.э.Wikimedia Commons

3 / 3

Второй храм Геры или Нептуна (не выяснено). Италия, Пестум. VI век до н.э.Wikimedia Commons


Храмы в Пестуме датируются VII–VI веками до н. э., а Парфенон был пере­строен — то есть практически построен заново — в V веке до н. э., во времена расцвета афинской демократии. Так что греки выра­бо­тали свои стандарты всего за 100–200 лет. Но эти стандарты не были абсолютно едиными для всей Греции — в разных ее частях существо­вали разные ордера.



Западная и северная стороны Парфенона. Афины, 447–438 годы до н. э. Wikimedia Commons

Дорический ордер, который возникает на территории Пелопоннеса (это южная часть Греции), отличается бóльшими размерами и мощностью построек. Ионий­­ские постройки кажутся по сравнению с дорийскими более легкими, бо­лее женственными; иногда можно даже встретить термины «мужской ор­дер» и «женский ордер». Ионийский ордер использует более тонкую и прямую колон­ну. Ионийская колонна сверху имеет украшенную капитель, дорийский ордер предполагает большую строгость. Ионийский более изящен.



Северный портик Эрехтейона, колоннада ионийского ордера. Афины, 421–406 годы до н. э. Wikipedia Commons

А что римляне? Они просто восприняли изобретения греков — или добавили к ним что-то новое?


Римляне в искусстве строительства вообще достигают гораздо большего про­гресса, чем греки. Мы должны понимать, что, когда мы говорим о римских постройках, мы говорим о времени более позднем, чем расцвет греческой куль­туры: если расцвет Афин приходится на V век до н. э., то такого расцвета Рим достигает через 400 лет, в I веке до н. э.


Кроме того, греки были немного снобами и поэтому не хотели заимствовать что-то у варваров, каковыми они считали, например, персов. Римляне в этом смысле были более прагматичными и использовали всё, что им может приго­диться. Благодаря римлянам Европа получила, в частности, арку и купол.


И арка, и купол были давно известны на Востоке, но в греческой архи­тектуре они почти не встречаются. А вот римляне стали активно использовать арки, чтобы придать своим постройкам большую легкость.


Примером такой постройки может служить Колизей, который, в прин­ципе, являет собой достаточно приземистое здание. Однако несколько этажей арок, которые окружают его по внешнему периметру, придают этой достаточно тяже­ловесной, массивной постройке определенную легкость и высоту.



Римский Колизей. 71–86 годы н. э. © Greg Schechter / CC BY 2.0

А самым известным примером купольной постройки является рим­ский Пан­теон, храм всех богов, построенный в 126 году н. э. Впрочем, вклад римлян в развитие архитектуры не ограничивался удачными заимствованиями.



Внутренний вид купола Пантеона. Рим, 126 год н. э. Wikimedia Commons

Достижение римлян еще и в том, что они смогли производить такой материал, как бетон, — то, чего не знали греки. Греки очень часто строили без скрепляю­щих растворов: мраморные блоки идеально обтесывались и подго­нялись друг к другу настолько плотно, что мы практически не видим швов, не видим сты­ков. А римляне, сооружая свои грандиозные постройки, исполь­зовали бетон. Он производился из вулканических материалов, которые при смешении с во­дой давали вот эту самую клейкость и служили связующим материалом.


Техническая сторона дела — не единственное, что отличает римскую архи­тектуру от греческой. Еще одно важное отличие — функция: греки и римляне украшали здания, предназначенные для разных нужд.


Частные дома в Древней Греции в принципе не оформлялись архитек­турно, потому что греки большую часть своего времени проводили не дома, а в обще­ственных местах. Недаром о цивилизации греков говорят, что это цивилизация под открытым небом. Большую часть времени они проводили на площадях, возле храмов, в палестрах и гимнасиях  Палестры и гимнасии — места, где в Древ-ней Греции мальчики занимались спортом. , а дом был местом, где они только ели и спали, где они проводили меньшую часть своей жизни —и, кстати, где была скрыта женщина. Поэтому практически вся архитектура греков, если мы гово­рим о зданиях, которые создавались красивыми, предна­значенными для обзо­ра, — это общественная архитектура. И на первом месте стоят, конечно же, храмы.


Римляне же, в отличие от греков, стали заботиться о внешнем виде своих соб­ственных домов — частных сельских вилл и городских особняков. При этом дома в Античности украшали не только средствами архитектуры. Например, и в Греции, и в Риме стены расписывали фресками.


Те фрески, которые мы находим в греческих городах, в греческих зданиях и ко­торые датируются серединой II тысячелетия до н. э., скорее всего, были выпол­нены не греческими, а критскими художниками по заказу прави­телей грече­ских городов. Поэтому наиболее древней именно греческой живописью, навер­ное, можно считать то, что было найдено на юге Италии, в так называемой «Гробнице ныряльщика». Она названа по сюжету одной из тех картин, которые были найдены внутри этой гробницы.


1 / 5

Фреска с потолка «Гробницы ныряльщика». Греция, Пестум. Около 470 года до н.э.Paestum Archaeological Museum; Wikimedia Commons

2 / 5

Фреска с северной стены «Гробницы ныряльщика». Греция, Пестум. Около 470 года до н.э.Paestum Archaeological Museum; Wikimedia Commons

3 / 5

Фреска с восточной стены «Гробницы ныряльщика». Греция, Пестум. Около 470 года до н.э.Paestum Archaeological Museum; Wikimedia Commons

4 / 5

Фреска с южной стены «Гробницы ныряльщика». Греция, Пестум. Около 470 года до н.э.Paestum Archaeological Museum; Wikimedia Commons

5 / 5

Фреска с западной стены «Гробницы ныряльщика». Греция, Пестум. Около 470 года до н.э.Paestum Archaeological Museum; Wikimedia Commons


«Гробница ныряльщика» датируется V веком до н. э. ; ее нашли в том же Песту­ме, где сохранились три греческих храма первой половины VI века до н. э. Но в ос­новном мы знаем греческую живопись по римским копиям, которыми римляне украшали свои дома.


Таковы, например, фрески, которые обнаружены в Помпеях, спрятанных на дол­­гие века под пеплом после извержения Везувия. Когда Помпеи были рас­­чищены, там оказались копии картин, известных по описа­ниям греческих авторов, например портреты известных греческих людей, в частности грече­ского комедиографа Менандра.



Портрет Менандра. Фреска из Дома Менандра в ПомпеяхWikimedia Commons

Но римляне украшали свои дома не только копиями греческих фресок.


Иногда римляне любили расширить объемы своих помещений. Они расписы­вали всю стену так, как если бы это было огромное окно или как если бы это был выход в сад. Иногда все четыре стены в комнате могли быть расписаны пейзажем, изображающим некий сад, или городским пейзажем; это могли быть просто изображения домов, якобы видных напротив из окна.


Кроме фресок, в Греции и Риме была очень распространена мо­заи­ка — и, кста­ти, некоторые греческие фрески известны нам не в жи­во­писных, а именно в мозаичных копиях. Они более долговечны, но, конечно, гораздо менее точны.


Греки, как правило, тоже украшали мозаикой общественные постройки. В ос­нов­ном мы встречаем напольную мозаику — может быть, потому, что стены греческих домов практически не сохранились и очень часто мы имеем только фундамент и нижнюю часть здания. Но, так или иначе, в основном мы можем говорить о мозаике, которая украшала полы в храмах или бассейнах. Для таких мозаик, особенно водных, существовали стандартные сюжеты: изображения дель­финов или, например, певца Ариона, которого спасают дельфины, или изо­бражения каких-то морских животных — осьминогов, кальмаров, карака­тиц. Римляне затем просто-напросто копируют эти мозаики. Иногда создается впечатление, что существовали какие-то инструкции по укладыванию того или иного сюжета, потому что мы находим практически одинаковые мозаики в со­вер­шенно разных частях Греции и Рима, датирую­щиеся совершенно разным вре­менем. Римляне активно используют те же мозаики, которые видны через толщу воды, например в банях.


Как и в других случаях, простым копированием греческих произведений искусства римляне не ограничивались.


Другое дело римские мозаики, которые уже являются самостоятельными изо­бражениями. Они могут быть достаточно небольшого размера, но неко­торые из них выполнены с удивительной тонкостью. К таким мозаикам относятся более поздние мозаики: I век до н. э. — I век н. э., в том числе те, которые были найдены в тех же Помпеях, сокрытые пеплом на многие века и даже тысячеле­тия. Они представляют собой настоящие картины — например, мозаика «Бро­дя­чие музыканты».



Мозаика Диоскурида из Самоса «Уличные музыканты». Вилла Цицерона в Помпеях, 2-я половина II века до н. э. Национальный археологический музей Неаполя / Wikimedia Commons

Мозаики, которыми римляне украшали свои дома, иногда бывают очень смеш­ными. В частности, есть известная мозаика, на которой изображены скелетики рыб, какие-то объедки, огрызки… Таким образом они могли маскировать грязь, кото­рая образуется естественным путем.



Мозаика «Неприбранный пол». Начало II века н. э. Gregoriano Profano Museum / Musei Vaticani

Перед торговыми помещениями, перед магазинами выкладывались мозаики, ко­торые были своеобразной рекламой: на них могли изображать, например, слонов — и, значит, в этой лавке торговали слоновой костью; или, если на мо­за­ике были изображены оливковые деревья и какие-то кувшины, значит, в этой лавке торговали оливковым маслом. Известна мозаика с изображением оскалившегося пса, на которой римляне написали: «Берегись собаки».



Мозаика у входа в Дом трагического поэта с изображением собаки и надписью «Cave Canem» («Берегись собаки»). Помпеи, II век до н. э.Wikimedia Commons

Наконец, еще один важный вид античного искусства — скульптура. В Греции скульпторы чаще всего изображали богов и героев, то есть обладателей идеально красивого тела.


Особой чертой греческой мифологии, как и греческой религии, является ее ан­тропоморфизм, то есть боги изображались человекоподобными. Боги были со­вершенны и прекрасны, они обладали божественной и бессмертной красо­той, а человеческая красота считалась красотой от богов, даром богов.


То есть красивый человек — это человек, одаренный богами. Правда, чем-то заведомо хорошим этот дар считался только для мужчин. Если же боги наделяли красотой женщину, ситуация была не такой однозначной.


Греки иногда относились к женской красоте как к великому злу. Примером тому является Елена — мифическая причина реальной Троянской войны. При­чина войны, скорее всего, объясняется просто: грекам нужны были ресурсы и контроль над торговыми путями, поэтому они и отправились воевать с Тро­ей. Но возник миф о прекрасной Елене, о ее божественной красоте, из-за кото­рой разобщенные греческие племена объединились и отправились воевать, чтобы вернуть неверную жену домой. Казалось бы, она заслуживает самого строгого наказания, то есть смерти. Но греческий поэт Гомер говорит, что Ме­не­лай, увидев неверную жену, был ослеплен ее красотой и простил Елену.


Еще один пример из мифологии — Пандора, первая женщина, вылеп­ленная Гефестом из глины. Она из любопытства выпустила на свет все беды и несча­стья, которые с тех пор преследуют человечество. Так вот, известно, что Пан­дора была очень красива: красотой ее наде­лила сама Афродита.


Но что значит «быть красивым»? Как именно греки понимали муж­скую и женскую красоту?


Если мы посмотрим на древнейшие фрески, которые берут начало из миной­ской эпохи, из искусства Крита, то увидим следующее. Мужское тело изобра­жалось атлетически развитым и загорелым — это говорило о том, что мужчина проводит достаточно много времени, занимаясь различными атлетическими упражнениями и упражняясь в военном искусстве. Женское тело, как правило, изображается белым. Интересно, что даже на фресках и мозаиках, где изобра­жается эфиопская царевна Андромеда, она всегда изображена белокожей, хотя, по понятиям греков, эфиопы были народом загорелым и обладавшим более темным цветом кожи.



Сатир и менада. Фреска из Дома эпиграмм в Помпеях. Около I века н. э. Museo Archeologico Nazionale; Wikimedia Commons

Подтверждения этим наблюдениям можно найти и в текстах.


Мы можем найти примеры у того же Гомера, который рассказывает, как богиня Афина помогает Одиссею стать более молодым и красивым:


Повысила рост и уменьшила возраст;

Снова смуглым лицо его стало, разгладились щеки,

Иссиня-черной густой бородой подбородок покрылся  Пер. Викентия Вересаева.


Высокий рост вообще был для греков достоинством, признаком красоты, кото­рым они наделяли и богов, и своих героев. У Гомера Одиссей имеет темную бороду, однако особым достоинством считались светлые волосы; светловоло­сый (часто в переводе — «златокудрый») — это эпитет, которым греки награ­ждают не только богов, но и смертных: златокудрый Аполлон, который был идеалом юношеской красоты, но златокудрый и Менелай, брошенный прекрас­ной Еленой супруг.


А вот Афина готовит Пенелопу к встрече с Одиссеем:


Сделала выше ее и полнее на вид, всё же тело

стало белей у нее полированной кости слоновой  Пер. Викентия Вересаева.


Идеальное тело должно было сочетаться с идеально прекрасным лицом. Таким прекрасным лицом считалось такое, которое обладало прямым носом и боль­шими глазами, при этом расстояние между глазами должно было быть не ме­нее величины одного глаза, а рот — в полтора раза больше глаза. Над выпуклы­ми глазами высились округлые брови, а над ними — невысокий лоб.


Главное в красивом человеке — не рост, не атлетиче­ское телосло­жение, не цвет кожи или волос, а правильное соотношение частей, пропорцио­нальность — или, как говорили греки, симметрия. Осо­бенно много внимания этому уделяли, конечно, греческие скульп­торы.


В конце V века до н. э. греческий скульптор Поликлет написал теоретическое сочинение «Канон», в котором определил характеристики, делающие скульпту­ру красивой. Считается, что статуя его работы «Копьеносец» — или, как назы­ва­­­ли ее греки, «Дорифор» — была иллюстрацией к этому трактату, образцо­вым стандартом для изображения человеческого тела. Само сочинение Полик­лета, как и оригинал статуи, не сохранилось, но по многочисленным цитатам у дру­гих авторов мы можем судить, что он уделял особое внимание главным фак­торам красоты — соразмерности и гармонии всех частей человеческого тела.



Дорифор. Римская копия с греческого оригинала работы Поликлета. I век до н. э. — I век н. э. © Museo Archeologico Nazionale di Napoli

За единицу измерения берется, например, последняя фаланга пальца руки. Длина следующей фаланги соотносится с предыдущей как длина ладони с пальцем и так далее.


У каждого времени, конечно, свои стандарты красоты — возможно, фигура атлета работы Поликлета покажется кому-то тяжеловатой или квадратной. В дальнейшем греческие скульпторы могли чуть отступать от канона, чтобы воплотить живую красоту.


В скульптуре также заранее принимается во внимание, где она будет стоять, каков будет угол обзора. Говорят, что афинский скульптор Фидий, создавший статую Зевса Олимпийского, которую причисляли к семи чудесам света, одна­жды получил заказ на статую Афины. По замыслу, статуя должна была стоять на высокой колонне. Когда Фидий закончил, статуя казалась безо­бразной и не­про­порциональной, но когда ее поставили на колонну, она вызвала восхище­ние афинян, так как скульптор, работая над статуей, понимал, что самые иде­аль­ные пропорции будут искажаться, если смотреть на статую снизу.


Кроме того, про античную скульптуру важно помнить, что она была разноцвет­ной: на статуях раскрашивали одежду, волосы, глаза и губы.


1 / 3

Зевс, похищающий Ганимеда. Раскрашенная терракотовая скульптура. Греция, 470-е годы до н. э.© Dennis Jarvis / CC BY-SA 2.0; Archaeological Museum of Olympia

2 / 3

Торс, предположительно, военного в кирасе. Обломок раскрашенной мраморной скульптуры, найденный в афинском Акрополе. Около 470 года до н. э.

Кираса — часть нательного защитного снаряжения.

Wikimedia Commons

3 / 3

Раскрашенная терракотовая скульптура женщины. Греция, 325–150 годы до н. э.Antikensammlung, Berlin; Wikimedia Commons


Наше восприятие античности как некоей белизны мрамора — это позднее вос­прия­тие. Мрамор имеет свойства хранить остатки той краски, которой его покры­вали, поэтому мы даже можем определить, какой цвет был нанесен, несмо­тря на то, что краска, конечно же, выветрилась или смылась — ведь про­шли века и тысячелетия. Мы знаем, что краска наносилась даже в качестве фо­на тех скульптурных рельефов, которые покрывали Парфенон и другие храмы. Эта краска была более темной — она могла быть темно-синей или темно-бордово-коричневатой и тем самым оттеняла белый или светлый цвет самого рельефа.


Если греческие скульпторы и художники чаще всего изображали людей, кото­рые казались им идеальными, то в Риме ситуация была иной. Там существо­вала мощная традиция реалистического скульп­турного портрета, которая вы­ро­сла из обычая снимать с умер­ших слепки и делать посмертные маски.


В отличие от греческой, римская религия и римская мифология не знают ан­тро­поморфности: римляне изначально не изображали своих богов, они начали это делать только под влиянием греков, только после того, как познакомились с греческой культурой. Римские божества — это духи, которые повсюду при­сутствуют и помогают римлянину при каждом его шаге, но они не изобража­лись. Те изображения, которые мы имеем у римлян, — это изображения пред­ков, посмертные маски, которые потом помогают римлянам быстро освоить создание скульптурного портрета. То, что римский скульптур­ный портрет чаще всего дает изображение человека только до плеч, связано именно с тем, что они освоили эту часть.



Тогатус Барберини — статуя римского сенатора, держа­щего в руках портреты предков, предоположительно их восковые маски. Рим, I век до н.  э. © Carole Raddato / CC BY-SA 2.0

Когда мы смотрим на скульптурный портрет римлян, мы понимаем, что эти портреты представляют собой изображения реальных людей. Они не обяза­тельно красивые — они могут быть морщинистыми, со странным носом или с угрюмым выражением лица. Конечно, там есть и красивые лица, но они никогда не похожи друг на друга. Они могут быть непропорциональными, но они реалистичны.


Но, несмотря на свою традицию реалистического портрета, римляне были покорены идеалистической греческой скульптурой.


Римляне полюбили то, что они увидели у греков, они полюбили эту красоту и захотели иметь ее у себя в домах. Погоня за греческими статуями привела к тому, что статуй на всех стало не хватать и римляне создали огромное коли­чество копий, за которые мы им должны сказать спасибо, потому что, если бы не было этих копий, мы бы вообще не знали, как выглядят те или иные грече­ские статуи, ведь греческие оригиналы дошли до нас в очень незначительном количестве.


Благодаря текстам и изображениям мы также можем представить, как греки и римляне украшали сами себя — при помощи одежды, косметики и сложных причесок.


Мы говорили о том, что окружающий мир, вот этот порядок, идеальную красо­ту греки называли космосом. Что общего между космосом и косметикой? Кос­метика у греков — это искусство украшения. Каковы были способы и средства этого украшения?


Если говорить об одежде, то здесь нужно отметить, что одежда греков была достаточно проста: она обладала простым кроем и украшалась, как правило, сложной драпировкой. Следы этих драпировок мы можем видеть на греческих статуях, на статуях девушек, женщин, где создается впечатление, что скульп­тор скорее не скульптор, а модельер. Если мы сравним статуи девушек на афин­ском Акрополе, то заметим, что на четырех статуях нет практически ни одной одинаковой складки, все драпировки отличаются индивидуаль­ностью.



Кариатиды с крыльца Эрехтейона. Афинский Акрополь, 421–407 годы до н. э. © Guillén Pérez / CC BY-ND 2.0

Кроме того, древние не брезговали косметикой (в современном пони­ма­нии этого слова), украшая волосы и лицо.


Женщины заботились о белизне кожи, поскольку белая кожа была неким идеа­лом, а светлые волосы считали особым даром — потому что и в Греции, и в Ри­ме, судя по всему, светлый цвет волос был достаточно редким. Особенно почи­тались рыжие волосы.


Осветлять волосы для свободных римлянок было неприличным, и они прибе­га­ли к различным уловкам. Например, носили специальные шляпы, которые прикрывали от солнца лицо, не давая ему загорать, но в то же время оставляли открытыми волосы, чтобы они выгорали на солнце и казались более светлыми, или использовали парики из светлых волос.


Для отбеливания кожи применяли достаточно небезопасные средства, в част­но­сти свинцовые белила. Помимо этого, могли использовать крем из хлебного мякиша и молока или мыло из козьего жира, смешанное с пеплом букового дере­ва. Существовали и другие, весьма экзотические средства. Римский исто­рик Тацит говорит, что жену императора Нерона Поппею в поездках сопрово­ждал караван из 500 ослиц, в молоке которых она ежедне­вно купалась, а на бро­ви рабыня накладывала ей сложную смесь из мертвых муравьев. У нее была гладкая матовая белая кожа. Естественно, это весьма специфические средства. Простые римлянки использовали то, что было им доступно, и чаще всего пользовались в качестве отбеливающего средства смесью муки с яйцом.


Судя по всему, прически, которые мы видим на античных изображе­ниях, до­вольно реалистично передают то, что в действительности было на головах у гре­ческих и римских мужчин и женщин.


У греков короткие стрижки распространяются где-то в V веке до н. э.; до этого мужчины носили более длинные волосы, которые подвязывали, собирали в пу­чок на затылке, а иногда заплетали в тонкую косичку, которая укладывалась вокруг головы как обруч. Женщины, как правило, стягивали волосы на затылке в знаменитый греческий узел. Позже на этот узел надевали платок или сетку. Достаточно часто на женских прическах мы видим обяза­тельный элемент — прямой пробор посередине. Прически часто дополнялись металлическим обру­чем, или диадемами, или металлическими спиралями, которые одновременно служили украшением и придавали прическе опреде­ленную форму.


1 / 4

Голова Афродиты Книдской. Римская мраморная копия II века с греческого оригинала работы Праксителя IV века до н. э.Musée du Louvre; Wikipedia Commons

2 / 4

Голова светловолосого куроса. Римская гипсовая копия с греческого мраморного оригинала из афинского Акрополя. 490–480 годы до н. э.

Курос — статуя юноши атлета, обычно обнаженного.

Glyptothek, Munich; Wikimedia Commons

3 / 4

Терракотовая скульптура женщины. Греция, 325–150 годы до н. э.Antikensammlung Berlin; Wikimedia Commons

4 / 4

Фрагмент скульптуры Аполлона Бельведерского. Римская мраморная копия бронзового греческого оригинала работы Леохара. Около 330–320 годов до н. э.Musei Vaticani


В Древнем Риме мода на прически тоже менялась. При этом мы имеем больше свидетельств о том, как выглядели прически реальных, а не идеальных римлян. Начиная с I века н. э., например, мужские прически и короткие бороды допол­няет завивка. При этом локоны могли вытягиваться вертикально или, наобо­рот, горизонтально. В женской моде появляются очень специфические причес­ки на веерообразных каркасах, когда надо лбом поднимается достаточно высо­кая накладка, которая очень часто делалась из искусственных волос.


1 / 3

Мраморный бюст римской женщины, предположительно Вибии Матидии. Рим, около I века н. э.Rome, Musei Capitolini; Wikimedia Commons

2 / 3

Мраморный бюст римской женщины, предположительно Вибии Матидии. Вид сзади. Рим, около I века н. э.Rome, Musei Capitolini; Wikimedia Commons

3 / 3

Мраморный бюст Марка Аврелия. Рим, около 161–169 годов н. э.Musée du Louvre; Wikimedia Commons


Итак, подведем итоги. Грекам достойным изображения казалось только иде­аль­ное, упорядоченное; то, что они называли словом «космос». Главным кри­терием красоты они считали соразмерность. Искусство римлян гораздо ближе к жизни: они создают реалистич­ные портреты мужчин и женщин; они укра­шают собственные дома; они даже могут имитировать мозаикой грязный пол. Но чем дальше, тем больше они оказывались под влиянием греческих стан­дартов красоты.


А в какой степени на нас влияет созданный греками идеал? Остает­ся ли евро­пейское искусство до сих пор наследником античного?


Греческое представление о красоте сравнивать с современным очень тяжело, потому что в понятии греков красота — это что-то идеальное. Мы не знаем практи­чески ни одного изображения чего-то некрасивого. Современное искус­ство, напротив, часто изображает не просто что-то некрасивое, но иногда даже безобразное. Для греков вопрос о том, нужно ли изображать нечто безобраз­ное, вообще не стоит, потому что оно «без образа», а значит, не представляет интереса; интерес представляет только то, что приближается к идеалу, то, что красиво. Прототип изображения не отделяется от самого изображения, потому что изображение прекрасно и прототип прекрасен. Со временем это менялось, и современность уже слишком далеко от этого ушла.


Это была шестая лекция из курса Arzamas о том, что такое антич­ность. В следую­щий раз речь пойдет о морали — как греки и римляне отвечали на вопрос «Что такое хорошо?».


Что еще почитать о представлении о красоте в Древней Греции и Риме:


Бритова Н. Н., Лосева Н. М, Сидорова Н. А. Римский скульптурный портрет. М., 1975.
Гиро П. Быт и нравы древних греков. Смоленск, 2000.
Гиро П. Быт и нравы древних римлян. Смоленск, 2000.
Соколов Г. И. Искусство Древней Эллады. М., 1996.
Соколов Г. И. Искусство Древнего Рима. М., 1971.


Ликбез № 2

Что такое античность






Ликбез № 2

Что такое античность










Написать эссе на тему красота.

Сочинение на тему «Что такое красота?» по тексту П.Васильева «Уродина». Сочинение-рассуждение «Что такое красота?»: доводы в пользу гармонии

  • Сочинения
  • 9 класс ОГЭ
  • Красота. Что такое красота

Перед каждым человеком, хотя бы раз в жизни возникал вопрос, а что же такое «красота»? Понятно, что у каждого из нас, это слово ассоциируется с чем-то хорошим, радующим глаз, вызывающим положительные эмоции, однако, значительно сложнее сказать, какой конкретно смысл вложен в данное слово.

На самом деле, красота – это все, то прекрасное, что, так или иначе, присутствует в нашей жизни. Красота окружает человека повсюду: в природе, искусстве, повседневной жизни и простых вещах. Мы редко задумываемся о том, как прекрасно все то, что мы видим весной, когда во всем мире расцветают цветы, осенью, когда облетают оранжевые листья, ведь сама природа создает необычайной красоты пейзажи, причем делает это круглый год.

Красота является неотъемлемой частью любого вида искусства – живописи, литературы, скульптуры и, конечно же, музыки. Искусство – это один из способов выражения красоты, который становится доступен для всех людей, чаще всего в визуальной форме.

Для того чтобы научиться видеть прекрасное в повседневной жизни, важно быть добрым и искренним человеком, уметь радоваться мелочам, развивать наблюдательность, искать притягательное, на первый взгляд, в простых вещах, которые раньше, едва ли смогли бы привлечь внимание.

Разумеется, красотой следует не только любоваться, но необходимо стремиться беречь ее и приумножать. Некоторые люди выращивают великолепные цветы, создавая очаровательные композиции, другие находят возможность приумножать красоту в чем-то еще: кто-то сочиняет песни, пишет картины, создает шедевры в области архитектуры, орнаментального искусства и даже кулинарии.

Тем не менее, нередки случаи, когда взгляды на «прекрасное» у людей также отличаются, и то, что для одного кажется высшей степенью красотой, может вызывать у другого лишь недоумение или негативные эмоции. Подобное вполне объяснимо, учитывая индивидуальные особенности восприятия и сформированную картину мира в сознании каждого человека.

Видеть красоту во всех ее появлениях и понимать ее значимость – это особый дар, который дан не каждому, ведь все красивое, несомненно, делает наш мир только лучше, ярче и дарит людям самое главное – эмоции.

Сочинение Что такое красота

Красота – понятие очень обширное. Любой человек воспринимает мир по-своему. То, что кто-то считает красивым, может показаться уродливым для другого. Кто-то восхищается лесами, полями, горами, восходами и заходами солнца, красивыми ландшафтами и другой окружающей природой. Для кого-то красота заключается в человеке – точные черты лица, стройное подтянутое тело, крепкие волосы, гладкая кожа, большие глаза.

Я считаю, что нельзя назвать красивым то, что приносит вред и используется с плохими намерениями. Например, оружие. Оно может привлекательно выглядеть, хорошо смотреться, быть выполненным руками лучшего мастера, но оно никогда не будет для меня красивым, потому что приносит зло и смерть.

Для меня красота – это что-то более глубокое, что не осязается зрением, а переживается душой. Красота — это доброта и опека человека, это откровенность, сострадание, отзывчивость и способность поддержать в трудную минуту. Я очень ценю таких друзей, ведь на них можно положиться в любой обстановке.

Нельзя судить человека не узнав его внутренний мир. Люди могут иметь безупречные и правильные по всем стандартам черты лица, отличную фигуру, превосходный стиль, но при этом их помыслы могут быть наполнены негативом. Такие люди никогда в жизни не будут для меня красивыми.

Я люблю природу: свежий воздух бескрайние поля, луга. Но больше всего я люблю и считаю привлекательными те места, где могу полноценно отдохнуть душой, где я чувствую покой, а глаза довольствуются тому, что видят.

Красота это не что-то глобальное, а наоборот. Гораздо больше красоты заключается в крошечном котенке, который только открыл глаза, первом цветке весны, свежеиспеченном хлебе, в счастливом лице родного человека, в добром поступке. Красота заключается в мелочах.

Красота — это то, чего нельзя купить за деньги. Красота – это то, как каждый из нас смотрит на мир, как воспринимает себя и находящихся вокруг, это гармония, к которой нужно устремляться ежедневно из года в год. Красота заключается в любви, ведь только любящий и любимый ближними человек способен видеть красоту во всем: в улыбке прохожих, в жужжании насекомых, в трели птиц, в дожде и грозе, а так же в своей душе.

Я думаю, что красоту можно найти в чем угодно и даже в плохой дождливой погоде. Ведь для кого-то лужица – это скопление воды, а для кого-то – это отражение неба.

То, чем восхищаются миллионы

Красота — это то, что вдохновляет практически всех людей. Единственное — у каждого из нас разные вкусы. Кому-то нравятся устрашающие таинственные пейзажи заброшенных домов, другим — живописные горы, высокое небо и шелестящие деревья. Одни любят кареглазых и темноволосых, другие — голубоглазых блондинов. У каждого своё понятие о красоте. Но для всех она является эталоном и вдохновением.

Вот и первое, о чём можно написать. О разности взглядов, о вкусах, о том, что красота имеет тысячи образов и лиц, что для каждого она проявляется в чём-то особенном. Развить эту тему легко, главное — не перебарщивать с «водой» (т. е. с лишними словами). Необходимо помнить о конкретике. Конечно, без художественных выражений и красивых слов не обойтись. Читатель, изучив текст, должен понять, что такое красота.

Сочинение-рассуждение, кстати, для этой темы подходит больше всего. Так как об этом действительно можно долго говорить, раздумывать и разглагольствовать. Самое главное — не упускать аргументы и факты, положенные в основу текста. Стоит помнить, что любой текст, в каком бы жанре и стиле он ни был написан, имеет фактическую и аргументированную основу.

Вариант 3

Раньше я часто спрашивала себя: что такое красота? И каждый раз мой ответ менялся. Так, я поняла, что красота многогранна и бывает совершенно разной.

Например, существует внешняя красота. По — другому она называется привлекательностью. Внешняя красота манит людей, словно конфета в интересной обертке. Она подчиняет разум, увлекает. Но, к сожалению, внешняя красота есть не у каждого человека. Ведь только природа может наградить тебя прекрасным лицом и хорошей фигурой. Однако, даже в этом пункте у людей расходиться мнение. Для кого — то внешняя красота заключена в глазах. Для кого — то в длинных ногах. А кто — то любит красивые рельефные спины. У каждого свое понятие внешней красоты.

В отличие от внешней привлекательности внутреннюю красоту может иметь каждый человек. Что это такое? Это некий набор качеств, черты характера, которые привлекают людей. Для кого — то это доброта, романтичность, нежность. Для кого — то это стойкость, сила, смелость. Но внутренняя красота это не только качества, это еще и увлечения. Ведь с некоторыми людьми абсолютно не о чем поговорить. А вот с другими можно обсудить все, начиная от политики и заканчивая оперным театром.

Но красота не ограничивается людьми. Существует и красота природы. Это закаты и рассветы, темный лес, бушующее море и прекрасные скалы. А как красива радуга после мелкого весеннего дождика. Она переливается на небе семью цветами, которые сливаются воедино.

Также существует и красота в искусстве. Это всевозможные картины, скульптуры и музыкальные произведения. Стоит только взглянуть на балет «Лебединое озеро» и сразу всплывает только одно слово: «Красота».

Таким образом, можно сделать вывод, что красота бывает разной. И у каждого человека есть свое понятие. Для кого — то важнее красота внутренняя, для кого — то внешняя. А кто — то предпочитает искусство. Но собирая все воедино, можно сказать, что красота — это увлечение каким — либо объектом. Будь то человек или природа.

Задание 26. Сочинение ЕГЭ. Текст Ю. М. Нагибина

Напишите сочинение по прочитанному тексту. Сформулируйте одну из проблем, поставленных автором текста.

Прокомментируйте сформулированную проблему. Включите в комментарий два примера-иллюстрации из прочитанного текста, которые, по Вашему мнению, важны для понимания проблемы исходного текста (избегайте чрезмерного цитирования).

Сформулируйте позицию автора (рассказчика). Напишите, согласны или не согласны Вы с точкой зрения автора прочитанного текста. Объясните почему. Своё мнение аргументируйте, опираясь в первую очередь на читательский опыт, а также на знания и жизненные наблюдения (учитываются первые два аргумента).

Работа, написанная без опоры на прочитанный текст (не по данному тексту), не оценивается. Если сочинение представляет собой пересказанный или полностью переписанный исходный текст без каких бы то ни было комментариев, то такая работа оценивается нулём баллов.

Сочинение пишите аккуратно, разборчивым почерком. Объём сочинения — не менее 200 слов.

Вспомним фразу Достоевского: красота спасет мир. Нет сомнения, что наш классик подразумевал под красотой не внешнюю, поверхностную красоту, прикрывающую порой опустошенность, даже уродство, а нечто высшее, несущее нравственную силу. В первые годы после революции академик архитектуры Щусев читал перед широкой, преимущественно молодежной рабочей аудиторией лекции по эстетике. Их целью было приобщить широкие массы, как тогда выражались, к пониманию красоты, наслаждению искусством. На первой же лекции, прочитанной Щусевым с огромным воодушевлением, талантом прирожденного популяризатора и, само собой разумеется, исчерпывающим знанием предмета, поднялся какой-то парень с прилипшим к нижней губе окурком и развязно сказал: – Вот вы, товарищ профессор, все бубнили: красота, красота, а я так и не понял, чего такое эта красота? Кто-то засмеялся. Щусев внимательно поглядел на парня. Сутулый, длиннорукий, мутноглаэый. И чего завалился на лекцию этот вовсе не безупречный шатун – погреться или побузить? Его нисколько не интересовала суть вопроса, хотелось озадачить распинающегося на кафедре «интеллихента» и выставиться перед окружающими. Его надо крепко осадить ради общего дела. Щусев прищурился и спросил: – Зеркало дома есть? – Есть. Я перед ним броюсь. – Нет, большое… – Ага. В стенном шкапе. – Разденьтесь донага, поглядите на себя в зеркало и сравните вот с этим юношей. – Щусев протянул парню фотографию, снятую с «Давида» Микеланджело, которую тот машинально взял. – Вы сразу поймете, что такое красота и что такое безобразие. Я привел этот случай не развлечения ради. В насмешливой выходке архитектора есть рациональное зерно. Щусев предложил самый верный способ постигнуть красоту. Истина и вообще познается в сравнении. Лишь вглядываясь в образы красоты, созданные искусством, будь то Венера Милосская или Ника Самофракийская, мадонна Рафаэля или мальчик Пинтуриккьо, Флора Тициана или автопортрет Ван Дейка, царевна-лебедь Врубеля или три богатыря Васнецова, крестьянская девушка Аргунова, кружевница Тропинина, дочь Нестерова или бегущие спортсменки Дейнеки, можно приучить свой глаз и душу к той радости, которую дает встреча с прекрасным. Этой цели служат музеи, выставки, репродукции, книги по искусству. Счастлив человек, который настолько внутренне свободен, настолько восприимчив, открыт красоте всего сущего, что может от души восхищаться и дискоболом, и лунатическими девушками Боттичелли, и светом лиц, запечатленных Ван Дейком, Ренуаром, Пикассо, Серовым, Петровым-Водкиным. и резкими, непреклонными чертами бронзового Николая Островского (памятник работы В. Горевого и С. Кубасова), – это все разные образы бессмертной красоты юности. Исчерпать тему красоты невозможно, и все-таки мы имеем право на какие-то выводы. Бездушная, внешняя красота ничто, ценна лишь красота, светящаяся изнутри, она озаряет мир добром, возвышает самого человека и укрепляет веру в будущее. Как хорошо сказал великий педагог К. Ушинский: «Всякое искреннее наслаждение изящным само по себе источник нравственной красоты». Вдумайся в эти слова, читатель!.. (по Ю. М. Нагибину*)

* Нагибин Ю́рий Маркович (3 апреля 1920, Москва — 17 июня 1994, Москва) — русский писатель-прозаик, журналист и сценарист.

Рассуждение

Наверное, для каждого человека, понятие сущности красоты сугубо индивидуально. Для кого-то, красота – это доведенная до совершенности гармония линий и орм, для кого-то – прежде всего наполненное абсолютной истиной содержимое чего-либо.

В общем, людей можно поделить на два типа – тех, кому важно внешние и тех, кому важно внутренние.

Я считаю, что правы, безусловно, последние, ведь именно внутренняя наполненность способна придать эстетичность тому, где на первый взгляд, ее не было.

Человек с негармоничными чертами начинает казаться идеальным красавцем, как только другой начинает чувствовать к себе его настоящую любовь и искренность.

Конечно, можно сказать, что вышесказанное справедливо только в отношении прекрасного пола, ведь мужчины всегда смотрят только на внешность.

Это, правда только отчасти, мужчинам всегда легче обратить внимание на красивую девушку, что называется, в своей основной массе, они любят глазами, но женится и строить серьезные отношения они предпочитают строить, прежде всего, с той, от которой они почувствуют внутренний свет.

Еще один вечный вопрос, которым человечество задается уже давно, может ли внешняя идеальная красота заменить собой внутреннее содержание? Например, цветок красив, но ядовит, смертелен, есть ли толк и смысл в его красоте? Растение неприметно, невзрачно, но полезно и редко встречается, за ним постоянно охотятся отряды ищущих его полезных свойств. Исходя из этого, понимаешь, красота – прежде всего понятие субъективное, которое всегда будет отражать внутреннюю сущность и отношение к нему ее созерцающего.

Люди привыкли олицетворять красоту с визуальными образами, а ведь это настолько ограничивает ее понятие. Человек, который от рождения не может видеть, все равно будет знаком с тем, что такое красота. Она для таких людей будет заключаться не в эстетике, а в совершенно других вещах, на первый взгляд человеком не замечаемых. Звуки, гармония их, запахи, голоса, эмоции, ощущения, отношения, чувства – все это будет в слиянии олицетворять собой красоту. Можно сказать, что именно такие люди видят красоту, такой, такой, какая она есть, в истинности или лживости ее.

Исходя из вышесказанного, людям надо больше обращаться за информацией к своему сердцу, а не к глазам, так будет намного вернее и правильнее.

Главное помнить, человек любит тех, кто готов ради него на какие то жертвы, это всегда чувствуется, а не тех, кто обладает совершенной красотой.

ОГЭ 9 класс 15.3

Природная красота

Кого-то вдохновляют красивые личности, а кого-то — природа. Об этом тоже можно написать. Правда, есть здесь один нюанс, о котором говорилось выше. Убеждение — вот о чем идет речь. Рассказать о том, что итальянское побережье — это красиво, не составит труда. Подавляющее большинство людей с этим согласится не раздумывая. А вот убедить их в том, что тёмный с таинственными звуками, издаваемыми непонятно какими существами, без признаков цивилизации — это идеал, будет трудно. Автор должен так изложить свои мысли и понимание увиденного, чтобы ему поверили. И сделать это можно только в том случае, если получится обосновать слова, изложенные на бумаге, своим ощущением.

Сочинение-рассуждение «Что такое красота?»: доводы в пользу гармонии

Может показаться, что это — слишком тяжело для отдельно взятой личности. Слишком много требований нужно для этого выполнить. Однако гармония представляет собой внутренне созвучие, уравновешенность. Человек в таком состоянии не раздираем внутренними конфликтами и противоречиями. А поскольку он живет в согласии с собой, то он и не разрушает гармонию окружающего мира — напротив, он становится его созидателем.

Такой человек, котрый живет в согласии со своим внутрениним миром, будет также демонстрировать и поведение, которое можно назвать эстетичным. Ведь он ощущает радость своего бытия и не может принести в мир зло, так как его попросту нет внутри него. Сейчас существует множество различных школ и направлений, которые учат человека согласию с самим собой и с окружающим миром — например, это школы медитации. Однако этот способ стать лучше не всегда подходит нашему обществу. Гораздо более эффективным для обретения внутреннего согласия может оказаться западный подход — психотерапия или же самостоятельная работа над собой.

Красота – HiSoUR История культуры

Красота – это свойство животного, идеи, объекта, человека или места, которое обеспечивает восприятие удовольствия или удовлетворения. Красота изучается как часть эстетики, культуры, социальной психологии, философии и социологии. «Идеальная красота» – это предмет, который восхищается или обладает особенностями, присущими красоте в определенной культуре, для совершенства.

Уродство считается противоположностью красоты.

Опыт «красоты» часто включает в себя интерпретацию какого-либо субъекта как баланса и гармонии с природой, что может привести к чувствам притяжения и эмоционального благополучия. Поскольку это может быть субъективным опытом, часто говорят, что «красота в глазах смотрящего».

Есть свидетельства того, что восприятие красоты определяется эволюцией, что вещи, аспекты людей и пейзажи, которые считаются прекрасными, обычно встречаются в ситуациях, которые могут усилить выживание воспринимающих генов человека.

Древнегреческий
Классическое греческое существительное, которое лучше всего переводится на англоязычные слова «красота» или «прекрасный», было κάλλος, kallos, а прилагательное было καλός, kalos. Однако, калос может и также переводится как «хороший» или «из качественного качества» и, следовательно, имеет более широкий смысл, чем просто физическая или материальная красота. Подобным образом, каллос использовался иначе, чем английское слово «красота», поскольку оно в первую очередь применяется к людям и носит эротический оттенок.

Греческое слово Койна для красивого было ὡραῖος, hōraios, прилагательное, этимологически исходит из слова ὥρα, hōra, что означает «час». В греческой койне красота была связана с «бытием своего часа». Таким образом, зрелый плод (своего времени) считался прекрасным, тогда как молодая женщина, пытающаяся казаться старше или пожилая женщина, пытающаяся выглядеть моложе, не считалась красивой. В турецком греческом языке hōraios имел много значений, в том числе «юношеский» и «зрелый старость».

Самая ранняя западная теория красоты может быть найдена в работах ранних греческих философов с досократического периода, таких как Пифагор. Пифагорейская школа увидела сильную связь между математикой и красотой. В частности, они отметили, что объекты, пропорциональные золотому соотношению, выглядят более привлекательными. Древнегреческая архитектура основана на этом взгляде на симметрию и пропорцию.

Платон считал красоту идеей (формой) выше всех других идей. Аристотель видел связь между красивым (до калона) и добродетелью, утверждая, что «Добродетель стремится к прекрасному».

Классическая философия и скульптуры мужчин и женщин, созданных в соответствии с идеями греческих философов идеальной красоты человека, были вновь открыты в Европе эпохи Возрождения, что привело к повторному принятию того, что стало известно как «классический идеал». Что касается женской красоты человека, то женщина, внешность которой соответствует этим принципам, по-прежнему называется «классической красотой» или считается обладающей «классической красотой», в то время как основы, заложенные греческими и римскими художниками, также стали стандартом мужской красоты в западной цивилизации. В эпоху Готики классический эстетический канон красоты был отвергнут как грешный. Позже мысли ренессанса и гуманизма отвергли эту точку зрения и считали красоту продуктом рационального порядка и гармоничных пропорций. Художники и архитекторы эпохи Возрождения (такие как Джорджио Вазари в «Жизнях художников») критиковали готический период как иррациональный и варварский. Эта точка зрения готического искусства продолжалась до романтизма в XIX веке.

философия
Удивительная красота была одной из самых важных тем философии с древности. Даже симпозиум Платона касается того, как красота влияет на людей. В философии средневековья красота считается «великолепием истины», качеством мысли, которое зависит от ее соответствия действительности. В современной философии, тогда занимающейся эстетикой с вопросом о том, что такое красота. Изобретателем названия этой философской дисциплины является Александр Готлиб Баумгартен (1714-1762), чья Эстетика (1750/58) открыла совершенно новую область философской работы. Здесь красота больше не определяется как свойство объектов, а как суждение о разуме.

Платон
На Симпозиуме Диалога Платона Жрица Диотима объясняет своему собеседнику Сократу, что каждый человек приветствует более красивые тела, чем уродливые. Душа человека склонна к прекрасному. Красота интерпретируется как акушерство: когда человек несет тяжелые мысли, так красота помогает ему привести эти мысли к рождению. Красота имеет подходящие отношения с божественным и обеспечивает радость и открытость в человеке. На основе красоты Платон также объясняет свою теорию идей. Во-первых, человек любит одно прекрасное тело, позже он понимает, что красота также находится в других телах. Любовью прекрасных тел превосходит уровень физического, а затем предпочитает «красоту в душах». Красивые разговоры важнее для него, чем физическая красота. Затем он откроет красоту в «действиях, обычаях и законах» и поймет, «что вся красота связана». Самый высокий уровень – это восхищение общей идеей прекрасного, лежащего в основе всей красоты.

Баумгартен
Для Баумгартена это красота, совершенство сенсорного знания. Подобно его философским предкам Готфриду Вильгельму Лейбнице и Кристиану Вольфу, он разделил когнитивные способности человеческого разума на высшие и низшие способности, на логическое и сенсорное знание. В то время как логические способности были единственным средством получения определенного знания, человек с подозрением относился к сенсорному знанию: с одной стороны, он был ошибочным, с другой стороны, он не предлагал достаточно ясности и ясности. Баумгартен теперь утверждал, что один для четкого и ясного знания может достичь лишь промежуточного шага «темного» сенсорного восприятия. Теперь это должно быть предметом новой философской теории, называемой эстетикой.

В (теоретической) эстетике Баумгартен занимается совершенствованием сенсорного знания (perfectio cognitionis sensitivae). Совершенство этого знания – это красота, ее несовершенство – уродство (§ 14). Основная забота Баумгартена – «прекрасное мышление». Его красота определяется как внутренняя согласованность мыслей, а также согласованность выражения с объектом и с самим собой.

Кант
Наиболее влиятельным философским определением красоты в наше время, вероятно, является Иммануил Кант. Авторитарная работа – «Критика суждения» (1790). Здесь Кант определял красоту как объект определенной деятельности суждения: эстетическое суждение или суждение вкуса.

Эстетические суждения, согласно Канту, основаны на частных, субъективных чувствах симпатии или неприязни, удовольствии или отвращении. В этом смысле можно было подумать, что прекрасное – это то, что нам лично нравится. Кант, однако, отмечает разницу: нет споров о приятных вещах, потому что все чувствуют, что что-то еще нравится и признает это. С другой стороны, эстетические суждения имеют субъективное происхождение, но они имеют право на универсальную юридическую силу – каждый, кто судит о красоте предмета, требует одновременно вынесения суждения, с которым другие должны согласиться. Таким образом, у Красоты есть требование субъективной универсальности. Помимо приятного может быть излишняя атмосфера и вкус, рассуждают вполне разумно, так как каждое суждение вкуса предполагает судить о чувствах других.

Основой этого аргумента является демаркация между добром, приятным и красивым. Хорошее – это то, в чем мы имеем мотивированный интерес – мы различаем, существует ли что-то хорошее или нет. Мы также заинтересованы в приятных вещах, поскольку нам приятно ощущать приятное (и мы избегаем неприятностей). Доброе, прекрасное и приятное основано на нашем субъективном чувстве удовольствия, удовольствия, в отличие от неудовольствия и неудовольствия. Суждение о прекрасном, однако, единственное, что не учитывает (и не принимает во внимание) личную заинтересованность в предмете, иначе оно будет искажено). Поэтому Кант определяет красоту в известной фразе как «бескорыстное удовольствие».

Гегель
Гегель рассматривает темы красоты и искусства в своей трехтомной работе по эстетике. Он определяет красивое как «чувственное появление идеи». Таким образом, красота может быть реализована прежде всего в искусстве, которую Гегель рассматривает как «среднюю связь между чистой мыслью, сверхчувственным миром и непосредственным, настоящим ощущением». выглядит. Таким образом, искусство представляет мысленный контент (идеи) с объектами нашего восприятия (сенсорной формы). Идея ангела он появляется так часто, как мальчик с крыльями.

Эпоха разума
Эпоха Разума увидела интерес к красоте как философский предмет. Например, шотландский философ Фрэнсис Хатчесон утверждал, что красота – это «единство в разнообразии и многообразии в единстве». Романтические поэты тоже сильно интересовались природой красоты, а Джон Китс спорил в «Оде на греческом урне», что

Красота – это правда, красота истины, вот и все.
Вы знаете на земле и все, что вам нужно знать.
Романтический период
В романтический период Эдмунд Берк постулировал разницу между красотой в ее классическом значении и возвышенным. Понятие возвышенного, как выразился Берк и Кант, предлагало рассматривать готическое искусство и архитектуру, хотя и не в соответствии с классическим стандартом красоты, как возвышенное.

XX век и после
В 20-м веке все больше отвергалось красотой как художников, так и философов, кульминацией которых стала антиэстетичность постмодернизма. Это несмотря на то, что красота является центральной проблемой одного из главных влияний постмодернизма, Фридриха Ницше, который утверждал, что «Воля к власти» была волей к красоте.

После отрицания красоты постмодернизма мыслители вернулись к красоте как важная ценность. Американский аналитический философ Гай Сирчелло предложил свою новую теорию красоты как попытку подтвердить статус красоты как важную философскую концепцию. Элейн Скарри также утверждает, что красота связана с правосудием.

Красота также изучается психологами и неврологами в области экспериментальной эстетики и нейроэстетики соответственно. Психологические теории видят красоту как форму удовольствия. Корреляционные выводы подтверждают мнение, что более красивые объекты также более приятны. Некоторые исследования показывают, что более высокая испытанная красота связана с активностью в медиальной орбитофронтальной коре. Такой подход локализации обработки красоты в области одного мозга получил критику в этой области.

Изобразительное искусство
Красота в искусстве – это, помимо прочего, тема исследования в истории искусства.

Иоганн Иоахим Винкельманн, основанный в 1755 году, и особенно в своей опубликованной в 1764 году работе «История древнего искусства» эстетики прекрасного и идентифицирует классический стиль искусства, который он поднял до уровня своей оценки. Поиск прекрасного – это фокус. Его попытка истории стиля дает идеал, благородную простоту и спокойное величие контекста.

Философ Георг Вильгельм Фридрих Гегель (1770-1831) сузил термин «идеал» к искусству: задача искусства заключалась в чувственном представлении абсолютной идеи как идеального.

С современности категория «красота» также была критически оспаривается для искусства. «Прекрасный» больше не является «великолепием истины», а наоборот «красивым», «польщенным» (см. Также идеализацию (психологию)) и, следовательно, «неверным». Таким образом, вся концепция «моды» и «моды» приобретает характер «немодных» и «ложных» и, следовательно, «неартистских» с точки зрения искусства. В крайних случаях, слишком красивая, декоративная работа называется «китч» или декоративный предмет. Альтернативная эстетика, такая как «возвышенное», «уродливое», «интересное» или «аутентичное». В искусстве современной эпохи все чаще заменяется «красивой», из которой нельзя больше создавать и / или хотеть быть ,

Музыка
Красота в музыке часто зависит от успеха образов космической гармонии. Сформулирована претензия должной осмотрительности и совершенства. Адекватность музыкальных средств играет особую роль. Во многих случаях красота в музыке сочетается с событиями из спектра собственной музыкальной социализации. «Музыкально-красивый» (Эдуард Ханслик, 1854), который обещает музыкальное искусство, противоречит упоминанию шума, который был вынужден по крайней мере с начала 20-го века и часто вызывал неопределенность. Двенадцатитоновая техника была создана Теодором У. Адордоннстудом как отрицание идеалов красоты и гармонии. Музыка также должна отражать всемирную историю. Музыкальная эстетика связана с отношениями между красотой и музыкой.

Наука
Красота играет эстетическую роль как объект эмпирических исследований.

Центральным элементом экспериментальной эстетики является анализ индивидуального опыта и поведения с использованием экспериментальных методов. В частности, рассматривается восприятие произведений искусства, музыки или современных объектов, таких как веб-сайты или другие ИТ-продукты. Нейроэстетика – очень молодая дисциплина, которая сближает с нейрофизиологией, чувством красоты и искусства. Нейроэстетика является частью экспериментальной эстетики.

Эволюционная эстетика посвящена эволюционному происхождению и истории эстетического ощущения. Эволюционная эстетика опирается на идеи антропологии, археологии, эволюционной биологии и когнитивной науки.

Красота также играет роль в математике, потому что многие математические объекты считаются «красивыми». К ним относятся фракталы, эйлеровая идентичность, золотое соотношение и т. Д.

уродство
Уродство – это свойство человека или вещи, на которое не приятно смотреть. Во многих обществах суждение о том, что оно считается «уродливым», равносильно тому, что оно является бесхитростным, отталкивающим или оскорбительным. Как и его противоположность, красота, уродство подразумевает субъективное суждение и, по крайней мере, частично находится в «глазу наблюдателя», и не следует забывать о влиянии культуры «наблюдателя». Таким образом, восприятие уродства может быть неправильным или близоруким, как в рассказе о гадском утенке Ганса Христиана Андерсена.

Хотя уродство обычно считается видимой характеристикой, оно также может быть внутренним атрибутом. Например, человека можно считать привлекательным снаружи, но внутренним невосприимчивым и жестоким. Также возможно находиться в «плохом настроении», которое является внутренним состоянием временной неприязни.

Уродство возникает из-за рассмотрения «глаза наблюдателя» и самооценки, которая развивается у людей, когда видят стереотипы мужчин и женщин, согласующиеся с нашими чувствами восприятия.

Идеальная красота
То, что называют «красивым» в повседневном смысле, в какой-то мере зависит от изменения «идеалов красоты». Более экстремальный тезис заключается в том, что в индустриальных обществах в настоящее время только очень тонкие люди считаются прекрасными, потому что пища в изобилии, в то время как в других случаях люди с ожирением, которые сигнализируют о благополучии через их полноту тела, будут описаны как прекрасные. Однако этот тезис терпит неудачу из-за того, что тонкая фигура как идеал на Западе намного старше индустриализации и общего процветания.

Недавние исследования показывают, что чувство красоты имеет отчетливый генетический компонент. Эволюционное объяснение идеалов красоты заключается в том, что воспринимаемая красота коррелирует с эволюционно полезными свойствами. Эксперименты и опросы показали, что во всех культурах женщины с оптимальным соотношением талии и бедер с культурной точки зрения считаются прекрасными испытуемыми, например, в африканских регионах с ожирением с дефицитом питания с выраженным объемом бедра и ягодиц, Симметрия воспринимается как красивым и в то же время показателем здоровья. Кроме того, есть доказательства того, что в отношении красоты раздела facesgolden существует. Например, 36% длины лица между глазами и рта и 46% ширины лица между глазами идеальны. Эти пропорции соответствуют среднему лицу, которое также сигнализирует о здоровье, подобно симметрии. Поэтому некоторые ученые рассматривают концепцию красоты как культурную конструкцию для мифа.

Красота человека
Характеристика человека как «прекрасного», будь то индивидуально или по консенсусу сообщества, часто основана на некоторой комбинации внутренней красоты, которая включает в себя психологические факторы, такие как личность, интеллект, грация, вежливость, харизма, целостность, конгруэнтность и элегантность и внешняя красота (т.е. физическая привлекательность), которая включает в себя физические атрибуты, которые оцениваются на эстетической основе.

Стандарты красоты со временем изменились, основываясь на изменении культурных ценностей. Исторически картины демонстрируют широкий спектр различных стандартов красоты. Тем не менее, люди, которые относительно молоды, с гладкой кожей, взвешенными телами и регулярными особенностями, традиционно считаются самыми красивыми на протяжении всей истории.

Сильным индикатором физической красоты является «усредненность». Когда изображения человеческих лиц усредняются вместе, образуя составное изображение, они постепенно приближаются к «идеальному» образу и воспринимаются как более привлекательные. Это было впервые замечено в 1883 году, когда Фрэнсис Гальтон наложил фотографические составные изображения лиц вегетарианцев и преступников, чтобы посмотреть, был ли типичный внешний вид лица для каждого. При этом он заметил, что составные изображения были более привлекательными по сравнению с какими-либо отдельными изображениями. Исследователи реплицировали результат в более контролируемых условиях и обнаружили, что генерируемый компьютером математический средний ряд граней оценивается более благоприятно, чем отдельные лица. Утверждается, что эволюционно выгодно, что сексуальные существа привлекаются к товарищам, которые обладают преимущественно общими или средними признаками, потому что это предполагает отсутствие генетических или приобретенных дефектов. Есть также свидетельства того, что предпочтение красивых лиц возникает в раннем детстве и, вероятно, врожденное, и что правила, по которым устанавливается привлекательность, схожи по разным полам и культурам.

Особенностью красивых женщин, исследованных исследователями, является соотношение талии и бедра приблизительно 0,70. Физиологи показали, что женщины с фигурами песочных часов более плодородны, чем другие женщины, из-за более высоких уровней определенных женских гормонов, что может подсознательно обусловливать мужчин, выбивающих матерей. Однако другие комментаторы предположили, что это предпочтение может быть не универсальным. Например, в некоторых незападных культурах, в которых женщины должны выполнять такую ​​работу, как поиск пищи, мужчины, как правило, предпочитают более высокие показатели талии и бедра.

На людей влияют изображения, которые они видят в средствах массовой информации, чтобы определить, что является или не красиво. Некоторые феминистки и врачи [расплывчатые] предположили, что очень тонкие модели, представленные в журналах, способствуют расстройствам пищевого поведения, а другие утверждают, что преобладание белых женщин, представленных в фильмах и рекламе, приводит к евроцентрической концепции красоты, чувства неполноценности у женщин цвет и интернализованный расизм. Черное красивое культурное движение стремилось развеять это понятие.

Фатима Лодхи, молодой сторонник разнообразия и борьбы с колоризмом из Пакистана, утверждает, что «красота приходит во всех формах, оттенках и размерах».

Концепция красоты у мужчин известна как «bishōnen» в Японии. Бишнен относится к мужчинам с явно женственными особенностями, физическими характеристиками, устанавливающими стандарт красоты в Японии и обычно демонстрируемыми в их кумирах поп-культуры. По этой причине существует многомиллиардная индустрия японских эстетических салонов.

Красота и правда
Красота проявляется в математике и других науках как признак истины теории или утверждения. Связь между красотой (симметрия) и оцененной правдой также может быть доказана экспериментально. Психологические исследования показали, что обрабатывающая жидкость (беглость обработки) – это и красота, и истинные суждения, основанные на том, что может помочь объяснить, почему красота высказывания иногда приравнивается к истине.

Влияние на общество
Красота представляет собой стандарт сравнения, и это может вызвать недовольство и неудовлетворенность, когда они не достигнуты. Люди, которые не соответствуют «идеалу красоты», могут подвергаться остракизму в своих сообществах. Телевизионная комедия «Уродливая Бетти» изображает жизнь девушки, которая сталкивается с трудностями из-за неприемлемого отношения общества к тем, кого они считают непривлекательными. Тем не менее, человек может быть также подвергнут преследованиям из-за их красоты. В Малене поразительно красивая итальянская женщина оказывается в нищете женщинами сообщества, которые отказываются от нее работать, опасаясь, что она сможет «уговорить» своих мужей. Документальная «Красота в глазах Беленда» исследует как общественные благословения, так и проклятия женской красоты посредством интервью женщин, считающихся красивыми.

Исследователи обнаружили, что хорошие студенты получают более высокие оценки от своих учителей, чем студенты с обычным внешним видом. Некоторые исследования, проведенные с использованием ложных уголовных процессов, показали, что физически привлекательные «подсудимые» с меньшей вероятностью будут осуждены, и если осужденные, скорее всего, получат более легкие приговоры, чем менее привлекательные (хотя противоположный эффект наблюдался, когда предполагаемое преступление мошенничество, возможно поскольку присяжные заседатели воспринимали привлекательность обвиняемого как способствовавшего преступлению). Исследования среди подростков и молодых людей, такие как психиатр и автор самопомощи, Ева Ритво, показывают, что кожные заболевания оказывают глубокое влияние на социальное поведение и возможности.

Физическая красота может зависеть от того, сколько денег зарабатывает человек. Одно исследование показало, что люди с низкой физической привлекательностью зарабатывают на 5-10% меньше, чем обычные люди, которые, в свою очередь, зарабатывают на 3-8% меньше, чем те, кто считается хорошим. На рынке займов наименее привлекательные люди с меньшей вероятностью получают одобрения, хотя они менее склонны к дефолту. На рынке браков женщины выглядят очень высоко, но внешний вид мужчин не имеет большого значения.

Напротив, очень непривлекательное повышает склонность человека к преступной деятельности за ряд преступлений, от кражи со взломом до кражи до продажи запрещенных наркотиков.

Дискриминация в отношении других, основанная на их внешности, известна как взгляды.

Определения писателей
Святой Августин сказал о красоте: «Красота действительно является хорошим даром Бога, но что добро не может считать это великим добром, Бог отдает его даже злым».

Философ и писатель Умберто Эко написал о красоте: история западной идеи (2004) и «О уродстве» (2007). Персонаж в своем романе «Название розы» заявляет: «Три вещи согласуются в создании красоты: прежде всего целостности или совершенства, и по этой причине мы считаем уродливыми все неполные вещи, а затем правильную пропорцию или созвучие, и, наконец, ясность и свет» , прежде чем говорить «вид прекрасного подразумевает мир».

Поделиться ссылкой:

  • Нажмите, чтобы поделиться на Twitter (Открывается в новом окне)
  • Нажмите здесь, чтобы поделиться контентом на Facebook. (Открывается в новом окне)
  • Нажмите, чтобы поделиться записями на Pinterest (Открывается в новом окне)
  • Нажмите, чтобы поделиться записями на Tumblr (Открывается в новом окне)
  • Нажмите, чтобы поделиться на LinkedIn (Открывается в новом окне)
  • Нажмите, чтобы поделиться в WhatsApp (Открывается в новом окне)
  • Нажмите, чтобы поделиться в Skype (Открывается в новом окне)
  • Нажмите, чтобы поделиться в Telegram (Открывается в новом окне)
  • Нажмите, чтобы поделиться на Reddit (Открывается в новом окне)
  • Нажмите, чтобы поделиться записями на Pocket (Открывается в новом окне)

Красота — Краткий словарь по эстетике

КРАСОТА — одна из важнейших категорий эстетики, которая наряду с категорией прекрасного отражает такие эстетические свойства предметов и явлений действительности, как гармоничность, совершенство, упорядоченность.

Так же как и термин «прекрасное», термин красота может быть применен, например, к оценке внешнего или внутреннего облика человека, его поступка, содержания и формы произведения искусства и т. д. В этих случаях смысловое значение обоих терминов совпадает. Вместе с тем в отличие от прекрасного красота вместе со всеми ее разновидностями (изящное, грациозное) является более узкой по значению эстетической категорией, она раскрывает и оценивает лишь отдельные стороны конкретных эстетических свойств предметов и явлений, тогда как термин «прекрасное» может быть употреблен и для эстетической оценки предмета и явления в целом. Так, например, внешняя красота человека не дает еще основания назвать его прекрасным. В этом смысле красота может выступать как одна из сторон прекрасного.

Наблюдаемая в подобных случаях разница в значении этих двух понятий дает возможность выявить в эстетическом анализе диалектическое соотношение между содержанием и формой предметов и явлений, вскрыть противоречие, скажем, между физическими особенностями человека, его внешностью и духовным обликом. Внешне безобразный Квазимодо из романа В. Гюго «Собор Парижской богоматери» прекрасен своими моральными качествами, тогда как за красота лица Николая Ставрогина из романа Ф. М. Достоевского «Бесы» скрываются внутреннее ничтожество, человеческая подлость, несовместимые с представлениями о прекрасном. Красота, как определенная совокупность свойств предметов и явлений действительности, человека, продуктов материального и духовного производства, произведений искусства, характеризуется многообразием признаков: это соразмерность и пропорциональность, упорядоченность, гармония, целесообразность, совершенство, соответствие формы содержанию и т. д.

Представления о красоте исторически изменчивы. В одно и то же время могут быть различные идеалы красоты. Еще Н. Г. Чернышевский отмечал, что представления о человеческой красоте у простого народа во многом несходны с представлениями о ней у господствующих классов. У простых людей эти представления всегда связывались прежде всего со здоровьем, способностью трудиться. Поэтому народным идеалом красоты была не стройная, белолицая красавица с тонкими маленькими ручками, а краснощекая, цветущая, пышущая здоровьем девушка, с крепкими, большими, привыкшими к работе руками. В период средневековья народные идеалы красоты находили свое выражение в произведениях фольклора, в художественных изделиях ремесленников, в то время как идеалы господствующих классов воплощались в рыцарской литературе. Идеалом человеческой красоты является гармонично развитая личность, сочетающая в себе физическое совершенство, духовное богатство и моральную чистоту.

Еще в категории красота: Изящное

Что такое красота в искусстве?

Красота в глазах смотрящего . Популярная цитата из 3 -го -го века, верная всему, что вы видите.

Литературный гений, Шекспир прекрасно выразил это в своей пьесе Любит потерянные труды из 1588 —

Господи Бойе, моя красавица, хоть и скупая,
Не нуждается в красочности вашей похвалы:
Красота покупается на основании суждения ока,
Не произносится путем продажи языками руководителей

Когда дело доходит до искусства, некоторые могут сказать, что не все искусство прекрасно, что на самом деле оно не должно быть красивым, всегда.Как и во многих аспектах жизни, таких как мир, вера, любовь и счастье, взгляды одного человека сильно отличаются от взглядов другого. Таким образом, это личное мнение. Или нет?

Что такое мир? Приятный тихий день, проведенный с семьей, или день без взрывов бомб? Что такое вера? Верят ли вера во что-то настолько глубоко, что все остальное не имеет значения, или в то, что сегодня у вас будет прекрасный день?

Вариантов великое множество, и множество интерпретаций. И это, пожалуй, то, к чему все сводится — интерпретация.

С субъективной точки зрения красота — это то, что вы о ней думаете, что вы предпочитаете, что взывает к вашему сердцу, душе и разуму.

Nach Der Schule Фердинанда Георга Вальдмюллера — изображает различные эмоции от игривости до неудовольствия, от агрессии до нежности и предлагает зрителям множество возможностей поразмышлять над

Объективно, самые суровые взгляды и не обязательно самые правдивые, красота означает совершенство, абсолютная точность и сущность чистоты.Объективные взгляды часто являются тем, что общество так решило.

Дискуссия может продолжаться, пока коровы не вернутся домой. Но, может быть, мы можем заглянуть в историю, чтобы решить, что такое красота и действительно ли искусство красиво.

Известные определения — Что такое красота?

Лев Толстой , великий русский писатель, придумал эту фразу, которая прекрасно резюмирует искусство —

«Деятельность искусства основана на способности людей заражать других своими эмоциями и заражаться эмоции других.Сильные эмоции, слабые эмоции, важные эмоции или не относящиеся к делу эмоции, хорошие эмоции или плохие эмоции — если они загрязняют читателя, зрителя или слушателя — они достигают функции искусства ».

Итак, если принять эти слова близко к сердцу, может показаться, что искусство должно вызывать чувство внутри нас. Плохое ли это чувство или хорошее, оно должно вызвать изменение бытия.

Что такое красота в искусстве?

Искусство может оказывать настолько сильное влияние, что мы можем быть вдохновлены на создание произведения искусства сами.Искусство как терапия может вызвать у некоторых чувство благополучия и не только расслабить их, но и позволить им ясно думать о проблемных вопросах. Некоторое искусство может иметь противоположный эффект. Произведение искусства может просто вызвать у нас чувство гнева, чистой ярости, и мы можем просто иначе реагировать на людей после того, как нас подвергли воздействию этой графики.

Но разве не в этом красота искусства. Если что-то может вызвать в нас такие сильные эмоции, заставить нас вести себя определенным образом и, возможно, говорить то, что мы обычно не сказали бы, то это, несомненно, делает искусство прекрасным выражением наших внутренних эмоций

Винкельманн , немец Историк искусства утверждал, что красота сводится к трем ключевым факторам.

  • Красота формы
  • Красота идеи
  • Красота выражения, которая, по его словам, возможна только при наличии первых двух факторов.

Итак, красота должна быть высшей формой выражения и, в свою очередь, высшей целью искусства.

Акварель Джунгли от Майи

Другой провидец, Виктор Шербулье , рассматривал искусство как деятельность, которая

  • удовлетворяет нашу врожденную любовь к изображениям
  • вносит идеи в эти изображения
  • И доставляет удовольствие одновременно нашим чувствам, сердцу и разум. Красота — это всего лишь иллюзия, нет ничего, что можно назвать абсолютной красотой, но мы считаем прекрасным то, что мы считаем характерным и гармоничным.

Согласно его интерпретации искусства, красота — это просто иллюзия.Красоты, наверное, не существует, и абсолютной красоты в этом мире нет.

Красота — это то, что мы считаем характерным и гармоничным.

Искусство прекрасно

Чем бы вы ни считали искусство, а многие произведения искусства вызывают у вас разные реакции, ясно, что объяснение является сложным и не окончательным.

Каждое произведение искусства, будь то картина, ваза или статуя, будет иметь разные цвета, линии и текстуры, которые понравятся вашей душе и сердцу.

Какие чувства вызывают в вас эти произведения искусства, в свою очередь, поможет вам решить, красиво это искусство или нет.

Похожие чтения

Красота как концепция — Art

М. Долива

Можем ли мы определить красоту? Да, красота — это то, что мы считаем красотой, и не более того. Мы смотрим на объекты, людей, пейзажи через наш личный фильтр, состоящий из личного опыта, культуры, образования, религии и т. Д. Следовательно, понятие красоты не только личное, но и меняется со временем.Очень похоже на моду, которая является выражением и иллюстрацией непрерывного потока постоянно меняющихся тенденций. Восприятие красоты во времена готики, Возрождения, Просвещения и периода романтизма изменилось из-за развития критериев оценки, в основе которых лежала функция. Похоже, что человек, который преобразовал функцию в форму, был архитектором. Можем ли мы поэтому рискнуть выдвинуть тезис о том, что красота — это идеальное преобразование функции в форму?

Функция неоримского стиля заключалась в том, чтобы быть защитным, легко защищаемым, массивным с маленькими квадратными окнами.Готический стиль с его остроконечными шпилями и резкими вертикальными линиями иллюстрирует подъем человеческого разума к Богу. Яркий свет, проникающий через узкие витражи, олицетворял благодать Бога и изобилие Его духовной любви. Сцены, изображенные на витражах, должны были служить Библией для тех, кто не умеет читать. Основная функция готических построек заключалась в том, чтобы отражать природу Бога и поклоняться Ему.

Ренессанс был освобождением от тугого корсета религии и возвращением к дохристианской эпохе Рима и Греции.Стиль барокко должен был произвести впечатление на общество вновь обретенным богатством городов и облагородить буржуазию. Архитекторы диктовали форму, а женщины, в зависимости от своих возможностей, пытались приспособиться к преобладающей форме. Было чистой удачей родиться с пристрастием к готической линии в 13-м -14 веках или с обильными изгибами в период барокко / рококко. Было бы неудобно оказаться в бурных двадцатых годах прошлого века. 20 века с фигурой Элен Фурман, представленной Пьером Рубенсом в образе Афродиты.Каноны женской красоты претерпевали серьезные изменения не только на протяжении веков, но и под влиянием регионов. В региональном контексте можно наблюдать далеко идущую «фетишизацию» различных частей женского тела.

Китайцы брали ноги и деформировали их, чтобы лишить женщин свободы передвижения, тем самым превратив их в роль подчиненной куклы, которую нужно было нести. Африканские племена, такие как сенуфо или бамбара, ценили женские качества, которые предрасполагали ее к материнству.Благополучие африканцев зависело от бесплатной рабочей силы, другими словами, от количества детей, следовательно, на всех статуэтках племен будет изображена женщина с широкими бедрами и большой грудью, предназначенная для рождения и поддержки множества младенцев. В Европе критерии женской красоты сформулировали офицеры из элитных кавалерийских войск. Они могли часами говорить о щите, скакательном суставе или гаскине, и это переводилось в оценку женской красоты, которая начиналась с оценки их ног.

Во время Второй мировой войны молодые люди, лишенные женской привязанности, публиковали фотографии теплой добродушной блондинки с пышным молочным бюстом, напоминающие античную богиню, которая одновременно была символом девственности, матери и секса — все в одном лице. Пышный бюст, наполненный молоком, на который можно положить усталую голову, такую ​​красоту можно найти во всех бараках, танках и самолетах. В свете вышесказанного, можем ли мы рискнуть заметить, что красота — это не что иное, как функция, преобразованная в форму?

Что делает искусство красивым?

То, что делает искусство красивым, — сложная концепция, поскольку красота субъективна и может меняться в зависимости от контекста.Однако существует базовый человеческий инстинкт или внутренняя оценка гармонии, баланса и ритма, которые можно определить как красоту. С точки зрения искусства, красота обычно означает взаимодействие между линиями, цветом, текстурой, звуком, формой, движением и размером, приятное для чувств.

Эстетика — это отрасль философии, которая имеет дело с природой и оценкой искусства, красоты и вкуса. Эстетика занимает центральное место в любом исследовании искусства. Слово «эстетический» происходит от греческого «aisthetikos», что означает «эстетичный, чувствительный или разумный».»На практике эстетическое суждение относится к сенсорному созерцанию или оценке объекта (не обязательно произведения искусства), в то время как художественное суждение относится к признанию, оценке или критике произведения искусства.

Многие философы пытались взяться за концепцию красоты и искусства. Для Иммануила Канта эстетическое переживание красоты — это суждение о субъективной, но общепринятой человеческой истине. Он утверждал, что все люди должны согласиться с тем, что роза прекрасна, если это действительно так.Есть много общих представлений о красоте; например, картины Микеланджело в Сикстинской капелле широко признаны прекрасными произведениями искусства. Однако Кант считает, что красота не может быть сведена к какому-либо базовому набору характеристик или свойств.

Для Артура Шопенгауэра эстетическое созерцание красоты — самое свободное и самое чистое, каким может быть интеллект. Он считает, что только с точки зрения эстетики мы созерцаем совершенство формы без каких-либо мирских планов.

Микеланджело,

Сотворение Адама, Сикстинская капелла, 1508-1512 годы

Красота в искусстве трудно описать словами из-за кажущегося отсутствия точного языка.Эстетическое суждение не может быть эмпирическим суждением, оно должно обрабатываться на более интуитивном уровне.

Иногда красота не является конечной целью художника. Искусство часто предназначено для обращения к человеческим эмоциям и установления связи с ними. Художники могут выражать что-то так, чтобы их аудитория каким-то образом стимулировалась — вызывая чувства, религиозную веру, любопытство, интерес, отождествление с группой, воспоминания, мысли или творчество. Например, перформанс часто не направлен на то, чтобы доставить удовольствие аудитории, а вместо этого вызывает чувства, реакцию, разговоры или вопросы у зрителя.В этих случаях эстетика может быть неуместной мерой «красивого» искусства.

Что делает искусство красивым? Художественно-эстетический

Роберт МакИнтош

16 апреля ’19

Зачем создавать искусство простым человеком?

Почему люди жертвуют своим временем, чтобы ходить в художественные галереи? Нередко можно увидеть, как человек смотрит на конкретный предмет более 30 минут. Итак, что же делает искусство красивым, если кто-то готов потратить сотни, тысячи или даже миллионы на одно произведение? Приятное для чувств, эстетическое созерцание, эстетический опыт?

Попытка взяться за концепцию — зачем создавать искусство обычным человеком?

Мы знаем некоторых, кто рисует, потому что это то, что они всегда любили делать, в то время как другие создают по более личным причинам (т.е. расслабляет их или действует как высвобождение эмоций). Некоторые художники также стараются преследовать более высокие цели и создают произведения на определенные социальные темы, пытаясь спровоцировать перемены.

Незнакомцы с нашей человеческой природой — каждый из нас — Чужой

Итак, что же делает искусство красивым?

1. Универсальность в искусстве

Так или иначе, искусство всегда будет подчеркивать аспект универсального бытия. Будь то абстрактное, образное, дизайнерское или любое другое искусство, произведения искусства, основанные на социальных принципах, говорят с внутренним человеком, говоря нам, что за кулисами есть что-то, что доводит все до совершенства.Красивое произведение искусства — это произведение, которое покоряет тему, но также отдает ей дань уважения.

2. Простой

Искусство должно говорить само за себя, и поэтому, когда вы идете в галерею, вы смотрите на разные произведения и позволяете им разговаривать с вами, и в этом истинная красота искусства, возможность общаться без слов. Однако, чтобы избежать путаницы и манипуляций, нужно научиться основам видеть искусство.

3. Одноразовость

Спросите себя, отражает ли работа стиль художника.Такие произведения создают визуальное единство всего произведения искусства.

4. Сообщение

Дух искусства преобладает не только в мастерской художников, художественной галерее или музее, но также пронизывает все человеческие интересы и предприятия. Послание искусства обществу содержится в следующих словах — Эстетика.

Художественное и эстетическое

Удивительно, но до сих пор почти повсеместно не удается распознать существенное различие между художественным и эстетическим.Это удивительно, потому что, когда на это указывают, различие сразу становится очевидным; различия часто настолько значительны, что странно рассматривать художественное как одно и то же с эстетическим. Из-за широко распространенного, традиционного и неоспоримого предположения философов и других теоретиков на протяжении веков, я тоже сначала принял его. Но однажды меня поразило, насколько абсурдно рассматривать их как синонимы или, по крайней мере, рассматривать художественное как разновидность эстетического.В течение многих лет должно было быть очевидно, что они совсем другие.

Эстетика — это область философии, которая имеет дело с природой и оценкой искусства, красоты и вкуса. Эстетика занимает центральное место в любом исследовании искусства. Слово «эстетический» происходит от греческого «aisthetikos», что означает «эстетический, чувствительный или чувственный. Практически эстетическое суждение относится к сенсорному созерцанию или оценке объекта, в то время как художественное суждение относится к распознаванию, оценке и т. Д. и критика произведения искусства.

Иногда красота не является конечной целью художника. Искусство предназначено для обращения и связи с человеческими эмоциями. Художники могут выражать что-то так, чтобы их аудитория каким-то образом стимулировалась — вызывая чувства, религиозную веру, любопытство, интерес, отождествление с группой, воспоминания, мысли или творчество.

Об авторе
Роберт МакИнтош родился в 1965 году в Амстердаме, Северная Голландия. Учился в Королевском колледже искусств в Южном Кенсингтоне. Получил образование в Англии и США.Живет в Амстердаме. Также жил в России. Он работает в основном с масляными картинами и скульптурами и интересуется только аутентичным и подлинным искусством. Современное искусство. Современное искусство. Он много пишет об абстрактном искусстве.

Красота и уродство — Функция красоты — Искусство, природа, университет и жизнь

Согласно Канту, красота не имеет никакой функции, кроме доставляемого ею удовольствия. Хотя эта точка зрения и повлияла на философский дискурс, она не удовлетворила ученых-естествоиспытателей, исследователей социальных и культурных наук.

Красота и половой отбор.

Чарльз Дарвин (1809–1882) пытался ответить на вопрос: как была приобретена естественная красота и какова ее цель? Он отвергает идею о том, что красота в природе — это всего лишь произвольный результат действия физических сил. Дарвин считал, что красивые цвета и разнообразные узоры, которые мы видим у бабочек, мотыльков, рыб, птиц и других существ, должны быть в некотором роде полезными. В книге Происхождение человека и отбор в отношении пола (1871) он представляет теорию о том, что красота является результатом совокупного полового отбора.Изучая брачные ритуалы различных видов, Дарвин приходит к выводу, что великолепные украшения животных, их пышность и внешний вид не могли быть незначительными, и что невозможно сомневаться в том, что самка восхищается красотой своего самца.

партнер. Это контрастирует с традиционным взглядом, выраженным Бёрком (1767), что красота женственна, а возвышенное — мужское.

Кант утверждает, что только люди способны ценить красоту. Дарвин настаивает на том, что происхождение способности замечать красоту (и ценить ее как таковую) одинаково для животных и людей.Тем не менее он согласен с тем, что человеческое восприятие красоты намного сложнее, чем у животных, и связано с культурными ценностями и традициями. Он изучил обычаи ухаживания в разных культурах и подтвердил, что красота играет одинаково центральную роль в выборе партнера, несмотря на культурные различия.

Зигмунд Фрейд (1856–1939) соглашается с Дарвином в вопросе происхождения и роли красоты в жизни человека. В книге Civilization and Its Discontents (1930) Фрейд утверждает, что красота, несомненно, возникает в сексуальных чувствах и что все формы удовольствия связаны с сексуальной любовью.Согласно Дарвину и Фрейду, функция красоты универсальна, но разнообразие ее проявлений согласуется с культурным релятивизмом. Татуировки служат средством украшения в одной культуре и осуждаются в другой. Женщины Макалало прокалывали верхнюю губу и вставляли в нее кольцо. Пирсинг, до недавнего времени считавшийся эзотерическим в западной культуре, теперь стал обычным явлением в западном обществе. В западной культуре считается, что волосы на лице (борода или усы) усиливают мужскую красоту. В то время как американские индейцы считали волосы на лице вульгарными, они ценили длинные волосы для мужчин.Однако страсть к красоте и готовность страдать ради ее достижения схожи во всех культурах.

Наоми Вольф, активная феминистка, отрицает, что это правда. Она отвергает идею о том, что красота отвечает подлинным универсальным потребностям. Красота, по словам Вольфа, — это миф, созданный во время промышленной революции и с тех пор используемый мужчинами для манипулирования женщинами в собственных интересах. Она считает, что красота не универсальна и не является функцией эволюции. Готовность женщин страдать ради достижения ложного идеала красоты указывает на преобладание мужчин и подтверждает мужские манипуляции.Таким образом, согласно Вольфу, женское страдание из-за красоты не является подлинным продуктом эволюционных сил (1991). Камилла Палья критикует такой феминистский подход за концентрацию на изображениях красоты прошлого века и за неспособность охватить широкий исторический взгляд. Палья берет начало в Древнем Египте (1991).

В отличие от позиции Вольфа, Нэнси Эткофф утверждает, что красота является мощным и подлинным элементом повседневной жизни. Она соглашается с Дарвином в том, что красота влияет на сексуальный выбор, но продолжает утверждать, что она влияет на все аспекты жизни с раннего детства.Красота — это не результат политических или экономических манипуляций, а скорее наоборот: из-за своего сильного воздействия красота используется как средство достижения политических и экономических целей. Красота, согласно Эткоффу, не является продуктом определенного исторического периода; его происхождение, скорее, лежит в самой человеческой природе (1999).

Красота и искусство.

Искусство традиционно считалось источником красоты; некоторые даже утверждали, что естественная красота подчинена красоте художественной.Платон, однако, разделил искусство и красоту на два независимых понятия: настоящая красота отражает истину, а искусство — обманчивое подражание природе. Аристотель, напротив, считал хорошее искусство прекрасным и, следовательно, эти два понятия неразделимы: хорошее произведение искусства — прекрасное произведение. Эстетическая традиция Аристотеля преобладала на протяжении веков, но именно восемнадцатый век породил идею о том, что создание красоты является основной целью искусства.

Кант считает, что хорошее искусство красиво, хотя оно значительно отличается от естественной красоты: хорошее произведение искусства — прекрасное изображение.Изображение может быть красивым, даже если его сюжет не красив. Георг Вильгельм Фридрих Гегель (1770–1831) утверждает, что красота — неотъемлемая черта искусства, а естественная красота — отражение художественной красоты ( Aesthetics, 1835). С этой точки зрения красота отражает намеренное творение, а не случайные результаты слепых сил природы. Поэт Фридрих фон Шиллер (1759–1805) связывает искусство со свободой и красотой: мы достигаем свободы через художественную красоту, поскольку она является продуктом преднамеренного, свободного выбора ( писем об эстетическом воспитании человека, 1795).Сравнение художественной и естественной красоты привело Оскара Уайльда (1854–1900) к наблюдению, что жизнь и природа имитируют искусство гораздо больше, чем искусство имитирует жизнь или природу. Искусство — это создание красоты; жизнь и природа составляют его сырье ( The Decay of Lying, 1894). Бенедетто Кроче (1866–1952) также утверждает, что чувство естественной красоты является производным от художественной красоты. Невозможно объяснить красоту природы, если не рассматривать ее как работу божественного творца. Красота, согласно Кроче, является синонимом интуиции и выражения, и они относятся к художественной форме.Содержание произведения красиво только тогда, когда оно воплощено в форму.

Робин Г. Коллингвуд (1889–1943) определяет искусство как попытку достичь красоты ( Outlines of a Philosophy of Art, 1925). Однако его точка зрения не получила влияния в ХХ веке. Преобладающая аналитическая тенденция предпочитала, казалось бы, четкие, поддающиеся определению понятия и не способствовала изучению парадоксальной природы красоты, ее неоднозначного логического статуса и бесконечных споров по вопросам вкуса.Таким образом, красота была отвергнута как расплывчатое и незначительное понятие и считалось не имеющим отношения к искусству. Людвиг Витгенштейн (1889–1951) замечает в этом аналитическом ключе, что красота — это странное слово, которое почти никогда не используется ( Lectures and Conversations on Aesthetics, 1938). Джон А. Пассмор заявляет, что есть что-то подозрительное в понятии красоты, и что художники, кажется, неплохо обходятся без него. Красоту он связывает с китчем и буржуазным искусством (1954).

Ассоциация красоты с поверхностностью и спокойной буржуазной жизнью контрастировала с революционным духом современного искусства и общей атмосферой между двумя мировыми войнами и после них.Отделение красоты от искусства стало обычной практикой. По словам Курта Дж. Дюкасса (1881–1969), между искусством и красотой нет существенной связи. Искусство — это попытка выразить чувства, и художники могут намереваться создать или выразить уродство в своей работе ( The Philosophy of Art, 1966). Нельсон Гудман (1906–1998) утверждал, что многие из лучших картин в самом очевидном смысле уродливы. Красота, согласно Гудману, — это расплывчатое и обманчивое понятие, в то время как искусство — это своего рода язык, который не имеет существенной связи с красотой ( Languages ​​of Art, 1968).Влиятельное и широко обсуждаемое институциональное определение искусства, представленное Джорджем Дики (1974), аналогично обходит понятие красоты.

Мэри Мазерсилл резко критикует пренебрежение красотой и ее отстраненность от искусства. Она утверждает, что идея красоты незаменима и считается само собой разумеющимся в художественной критике, потому что, хотя критики явно не ссылаются на красоту, эта идея подразумевается в их критике (1984). Анализ красоты Мазерсилла отражает изменение подхода.На рубеже веков мы наблюдаем рост интереса к различным аспектам красоты. Вильфрид Ван Дамм исследует антропологическую перспективу красоты (1996). Эдди М. Земах отстаивает объективность эстетических свойств и их эмпирическую проверяемость (1997). Джеймс Кирван изучает историю концепции, чтобы пролить свет на переживание красоты (1999). Пег Зеглин Брэнд исследует роль и значение красоты в общественной жизни и в отношении пола (2000). Лоран предлагает теорию эстетического порядка, которая возрождает связь между красотой и искусством (2000), а Ник Зангвилл переосмысливает метафизику красоты (2001).Эти и другие современные исследования подтверждают, что красота занимает центральное место в человеческом опыте, несмотря на пренебрежение ею в дискурсе прошлого века. Подлинная жизненная сила красоты непременно заинтригует рефлексивный ум и вдохновит на дальнейшие исследования ее природы.

БИБЛИОГРАФИЯ

Арнхейм, Рудольф. К психологии искусства. Беркли: Калифорнийский университет Press, 1966.

Бердсли, Монро К. «Порядок и беспорядок». В The Concept of Order, под редакцией Пола Г.Кунц. Сиэтл и Лондон: Вашингтонский университет Press, 1968.

Дики, Джордж. Искусство и эстетика: институциональный анализ. Итака, Нью-Йорк: Издательство Корнельского университета, 1974.

——. Век вкуса: философская одиссея вкуса в восемнадцатом веке. Oxford: Oxford University Press, 1996.

.

Etcoff, Нэнси. Выживание самых красивых: Наука о красоте. Нью-Йорк: Даблдей, 1999.

Айзенк, Ханс Дж.«Экспериментальное изучение« хорошего гештальта », новый подход». Психологический обзор 49 (1942): 344–364.

Гальтон, Фрэнсис. «Составные портреты». Nature 18 (1878): 97–100.

Лоранд, Рут. Эстетический порядок: философия порядка, красоты и искусства. Лондон: Рутледж, 2000.

Кротов, Авраам. Теория информации и эстетическое восприятие. Перевод Джоэла Э. Коэна. Урбана: University of Illinois Press, 1966.

.

Мазерсилл, Мэри. Восстановленная красота. Оксфорд: Кларендон, 1984.

Осборн, Гарольд. «Эстетика и другие формы заказа». Британский журнал эстетики 22 (1982): 3–16.

Палья, Камилла. Сексуальные личности: искусство и упадок от Нефертити до Эмили Дикинсон. Нью-Йорк: Винтаж, 1991.

Пассмор, Джон А. «Мрачность эстетики». В Aesthetics and Language, под редакцией Уильяма Элтона, 36–55. Оксфорд: Б. Блэквелл, 1954.

Стольниц, Джером.«« Красота »: некоторые этапы истории идеи». Журнал истории идей 22 (1961): 185–204.

Татаркевич, Владислав. История эстетики. Гаага: Мутон, 1970–74.

Ван Дамм, Вильфрид. Красота в контексте. Лейден, Нидерланды и Нью-Йорк: Brill, 1996.

Вольф, Наоми. Миф о красоте. Нью-Йорк: Анкор, 1992.

Зангвилл, Ник. Метафизика красоты. Итака, Н.Y .: Cornell University Press, 2001.

.

Zeglin Brand, Peg, ed. Вопросы красоты. Bloomington: Indiana University Press, 2000.

Земах Эдди М. Настоящая красота. Юниверсити-Парк: Издательство Пенсильванского государственного университета, 1997.

Красота и эстетика: путешествие искусства во времени… | Прасанта Кумар Дутта | Diario da Pacific

В видео была сделана попытка запечатлеть эволюцию различных западных течений в искусстве и восприятие красоты через поэзию и представлена ​​концепция рэп-битвы между Платоном и Аристотелем, Леонардо да Винчи , реалисты, импрессионисты, постимпрессионисты и современные художники.

Тема искусства и красоты вызывала много споров со времен Платона и Аристотеля, которые придерживались противоположных взглядов на термины. Как представлено в теории Mimesis , Платон рассматривал искусство как копию реального мира и, следовательно, не обладал красотой идеального мира. Однако Аристотель был сторонником изобразительного искусства и считал его эквивалентом зеркала, отражающего красоту идеального мира и обладающего силой очищать и уточнять мысли реального мира ( Катарсис ).

Искусство — это, по сути, представление чувств, эмоций и мыслей художника.

Следовательно, судить о его красоте — сложная задача сама по себе, потому что она связана с вынесением суждения о чьих-то мыслях и их выражениях. Будь то слуховое или изобразительное искусство, споры об их красоте ведутся снова и снова. Доказательством этого утверждения являются различные направления в искусстве, свидетелями которых стал мир с тех пор, как человек научился придавать форму своим мыслям и чувствам.Поскольку социальные, культурные и политические сценарии цивилизаций изменились, искусство тоже претерпело изменения в способах их создания и восприятия. В то время как некоторые пытались представить красоту математики и естествознания ( божественный замысел ) в своем искусстве, некоторые больше сосредоточились на улавливании только сущности естественной красоты, а не их совершенных форм. Появились новые стили выражения мыслей, каждый из которых считал себя выше предшествующих. Однако со временем восприятие людей изменилось, и они научились принимать и ценить разные формы искусства одинаково.Возможно, поэтому современное искусство уделяет большое внимание процессу своего создания и ценит его, а не то, что представляет собой окончательная форма.

Эволюцию искусства и гармоничное сосуществование различных художественных стилей сегодня легко наблюдать в большинстве художественных галерей. Искусство прошло долгий путь с древних времен и проявилось в различных формах прикладного и изобразительного искусства.

При индивидуальном рассмотрении можно серьезно усомниться в субъективной и объективной природе самой красоты, но можно не прийти к удовлетворительному выводу.Однако, если рассматривать ее вместе с эстетическими аспектами, становится легко рассматривать красоту как атрибут самого объекта (благодаря уравновешенности и гармонии его составляющих), потому что эмоциональное воздействие объекта и реакции, которые он вызывает, принимаются. забота о эстетике. Для того, чтобы объект / искусство были эстетически приятными, жизненно важно его соответствие контексту зрителя. Это не всегда верно для оценки красоты объекта / искусства.

Простым примером может служить закат.Это природное явление, которое само по себе красиво (благодаря цветам, атмосфере и окружающей среде). Однако это может быть не эстетично для того, кто видит в нем конец дня и наступление тьмы, для кого он вызывает эмоции истечения срока и мрака.

Именно поэтому мы научились находить красоту даже в абстрактных формах искусства. Современное искусство черпает вдохновение из всех видов искусства и художественных приемов, с помощью которых художник стремится выразить свои мысли.Картина вполне может не иметь очевидного значения, но быть красивой просто из-за гармонии различных элементов и техник, использованных при ее создании. Однако, когда дело доходит до дизайна, чтобы объект считался красивым, первостепенное значение имеет, чтобы он был функционально актуальным и эстетически приятным для пользователя.

Основная цель дизайна — решать проблемы, и когда он служит своей цели легко и эффективно, он оказывается красивым.

Концепция эстетики в контексте индийского искусства уходит своими корнями в книгу Бхараты муни Natyashashtra , в которой эстетические переживания и возникающие в результате эмоции классифицируются на рас и бхав . Хотя это в основном выражается в исполнительских искусствах, эти принципы на протяжении веков сильно влияли на все формы индийского искусства — картины, скульптуры, танцы, драму и даже фильмы. Эти принципы оставались неизменными на протяжении веков, хотя они снова и снова черпали вдохновение с Запада и создавали прекрасные шедевры.Это совершенно очевидно в работах Раджи Рави Вармы, который черпал вдохновение в мифологических персонажах и событиях и изображал их в форме, которая стала очень желанной для обычного человека. Было бы неплохо сделать вывод, что идея представления богов и богинь в человеческом обличье была в некоторой степени вдохновлена ​​западными реалистическими движениями. Тем не менее, он также сохранил принципы индийской эстетики в своих картинах — замысловатые детали человеческой формы и ткани, выражения и эмоции, изображенные через свет и цвет, и ощущение божественной атмосферы.

Было бы неправильно не отдать должное Радже Рави Варме за изменение курса индийского искусства и культуры посредством принятия новых технологических достижений, которые происходили в то время — технологии печати (литографии) и кинофильмов.

Сегодня формы выражения могут быть изменены или модифицированы массовой культурой, но лежащие в основе концепции все еще могут быть связаны с основными принципами эстетики. В хорошем дизайне произошел резкий сдвиг в сторону минимализма и аккуратности.Кинофильмы стали сильно зависимы от технологий визуальных эффектов, чтобы привлечь молодую аудиторию. Музыка увидела новые представления, такие как электронная музыка и рэп. Юмор (Хасья-раса) привлек много внимания в виде мультфильмов и мемов и часто используется для решения даже социальных и политических проблем, поскольку он быстро обращается к интеллекту подрастающего поколения.

Красота — Энциклопедия Нового Мира

Красота обычно определяется как характеристика, присутствующая в объектах, таких как природа, произведения искусства и человеческая личность, которая обеспечивает восприятие удовольствия, радости и удовлетворения наблюдателю. через сенсорные проявления, такие как форма, цвет и индивидуальность.Проявленная таким образом красота обычно передает некоторый уровень гармонии между компонентами объекта.

Согласно традиционной западной мысли от античности до средневековья, красота является составным элементом космоса, связанным с порядком, гармонией и математикой. Классическая философия рассматривала и понимала красоту наряду с истиной, добром, любовью, бытием и божественным. В этой концепции красота является высшей ценностью, лежащей в основе всего космоса.

Современная философия перенесла изучение красоты из онтологии в сферу человеческих способностей.Александр Готлиб Баумгартен (1714-1762) ввел термин «эстетика», который буквально означал изучение человеческой чувствительности. С этим поворотом красота была отделена от других онтологических компонентов, таких как истина, добро, любовь, бытие и божественное. Иммануил Кант (1724–1804) был первым крупным философом, который развил изучение красоты как самостоятельную дисциплину. Эстетика — это философское исследование красоты, которое охватывает понятие красоты, ее ценности и выражения красоты в художественных произведениях.

Современный взгляд на красоту отличается от классической концепции по трем причинам: 1) он придает большее значение вкладу наблюдающего субъекта в суждения о красоте; 2) принижает нравственную красоту; и 3) он игнорирует очевидную «красоту» математики, наряду с несравненной красотой природы, источником которой является «элегантность» научной теории. Возможно, первое — это положительное развитие, потому что обычно человек ощущает, что определение красоты происходит из какого-то взаимодействия между субъектом и объектом, а не только из объекта красоты.Некоторые утверждают, что второе развитие обеднило современное понятие красоты, в то время как третья проблема показывает бедность современной эстетики, когда сталкивается с требованиями науки.

История концепции красоты

Красота была признана основной ценностью на протяжении всей истории и в различных культурных традициях. В то время как красота имеет перекрестное историческое и межкультурное признание, чувства и стандарты красоты различаются от одного периода к другому, а также от одной культурной традиции к другой.

Классическая философия

Греческое слово калос («красивый») использовалось в древнегреческих обществах не только для описания разумно красивых вещей, но также для нравственно достойного восхищения характера и поведения, благородного происхождения, высокого социального статуса и технически полезных вещей. Греческое слово kalokagatia («красота-добро»), объединяющее два термина «красота» и «добро», было естественным сочетанием в греческом контексте. Греческая философия была построена на предположении, что счастье (eudaimonia) — высшее благо.Философы по-разному понимали, что такое счастье и лучший способ его достижения, но разделяли одно и то же убеждение, что это конечная цель жизни. Соответственно, греков интересовало понимание красоты и того, как красота может способствовать высшему благу. Они будут исследовать красоту в сочетании с истиной и добром, что также указывает на божественное. Таким образом, изучение красоты не было автономной дисциплиной. Это не была «эстетика» в смысле «изучения человеческой чувствительности», появившаяся после Канта.

  • Пифагор и пифагорейцы

Пифагор и пифагорейцы понимали, что гармония — это объективно существующий принцип, конституирующий космос как единое тело. Гармония построена на математическом порядке и балансе, а красота существует как объективный принцип в существах, поддерживающих гармонию, порядок и равновесие. Они признали, что эстетический опыт в таких искусствах, как музыка, тесно связан с математическим соотношением тонов и ритмов.Пифагорейская связь между красотой и математикой остается пробным камнем научной мысли и по сей день.

Пифагор и пифагорейцы считали переживания красоты и размышления о математике центральными в своих религиозных упражнениях по очищению души. Эстетические переживания и упражнения разума понимались как необходимый процесс и тренировка для развития души, которую они считали бессмертной. Они построили теорию красоты в рамках своей религиозной мысли.Их убеждение в бессмертии души, а также в связи между красотой и математикой оказало сильное влияние на Платона.

Платон (428–348 до н. Э. ) понимал «красоту», «добро», «справедливость» и т. Д. Как вечные, неизменные божественные сущности. Это Идеи — не мысленные образы или психологические объекты ума, а объективно существующие, неизменные, постоянные и вечные существа. Они принадлежат божественному царству. Для Платона идея красоты существует в совершенной форме вечно в царстве бессмертных богов, проявляясь в несовершенных формах на материальном плане человечества.Платон называл мир человечества «тенью» совершенного мира идей. Таким образом, основа земной красоты была заложена в метафизике Платона.

Человеческие души бессмертны. Каждый человек рождается с безоговорочным пониманием Идеи красоты и всех других Идей. Попадая в тело при рождении, человек временно «забывает» эти Идеи. На протяжении всей своей жизни она стремится познакомиться с этими Идеями. Этот процесс — воспоминание об идеях, временно забытых душой.

Процесс восхождения через переживание красоты начинается с красоты, проявляющейся в человеческих телах. Постепенно он возводится к красоте души, красоте характера и другим бестелесным сферам. Красота, проявляющаяся в телах и физических материалах, менее совершенна для Платона, и поэтому душа естественным образом побуждается искать постоянную и совершенную красоту. Для Платона сила эроса является движущей силой поиска совершенных идей в людях.

Платон задумал Идею добра как высшую, и все остальные Идеи, включая красоту, существовали под ней.В его онтологии красота, добро, истина и другие добродетели связаны между собой. Соответственно, «быть красивой», «быть добродетельной» и «иметь истинное знание» неразделимы.

Плотин (205–270, , гг. Н. Э.), Развивавший неоплатоническую традицию, также считал, что добро и красота едины в сфере мысли и что душа должна быть взращена, чтобы видеть добро и красоту. Как в платонической, так и в неоплатонической традициях понятия «бытие», «добро» и «красота» всегда понимаются как неразделимые.Таким образом, переживание красоты неотделимо от переживания бытия и добра.

В отличие от Платона, Аристотель (384-322, до н.э., ) понимал красоту не как неизменное, постоянное существо, существующее над миром, а как свойство природы и произведений искусства. Связывая красоту с добром, Аристотель также проводил концептуальное различие между ними.

Аристотель разработал теорию искусства и представил ее как часть своих Поэтика, , но его идеи и дискуссии о красоте и искусстве разбросаны по разным произведениям, включая Метафизика, Ничомахова этика, Физика, и Риторика . Он больше сосредоточился на изучении существующих форм искусства и развитии теории искусства.

Средневековая философия

Как христианский мыслитель, святой Августин (354-430) приписывал происхождение красоты, добра и бытия Богу-Создателю. Красота, как и добро и существование, исходят только от Творца. Августин поддерживает платоническое единство красоты, добра, бытия, совершенства и других добродетелей. Рациональное понимание порядка и гармонии космоса и признание красоты были станциями на пути очищения души и восхождения к божественному царству.

Фома Аквинский (1225-1274) отличал красоту и добро с точки зрения значения (ratio) , но он идентифицировал их как одно и то же: (subjectum) , неотличимые в действительности. Поскольку Бог — единственный источник красоты, добра и бытия, они, как говорят, находятся в единстве. Он перечислил элементы красоты: совершенство (integritas sive perfectio) , гармония (debita ratio sive consonantia) и ясность (кларитас) .

Современная и современная философия

После того, как христианская мысль отступила от основного направления философии, обсуждение красоты также перешло от метафизической трактовки к изучению восприятия красоты.С расцветом искусства в эпоху Возрождения и после него красоту обсуждали в связи с человеческими способностями в искусстве. В восемнадцатом веке Александр Готлиб Баумгартен придумал «эстетику» для изучения «человеческой чувствительности» ( aisthesis по-гречески). Понятие «возвышенное» также обсуждалось в отношении морали.

Многие видят природную красоту, заключенную в лепестки розы.

До публикации своей основной работы по эпистемологии «Критика чистого разума » (1781) Кант написал наблюдений за чувством прекрасного и Возвышенное (1764).Однако, написав « Критика суждения » (1790), он утвердил философию искусства как самостоятельный жанр. Критика чистого разума, Критика практического разума (1788) и Критика суждения, соответственно, обсуждали три области природы, свободы и искусства посредством анализа трех способностей разума: Познание, желание и чувство. Анализ красоты стал одним из основных независимых разделов философии, сопоставимым с эпистемологией и этикой.Это было отклонением как от классических, так и от средневековых философов, для которых красота и искусство не были независимой или автономной областью изучения.

Центр изучения красоты после Канта сместился с красоты природы на искусство. Немецкие романтики, такие как Гете, Шиллер и Гельдерлин, и немецкие философы, такие как Шеллинг и Гегель, развили философию искусства. Исследования красоты в немецком идеализме достигли пика у Шеллинга, в то время как Гегель подошел к искусству с исторической точки зрения.

После Гегеля исследования красоты были отделены от метафизики, и искусство также было отделено от традиционной концепции красоты. Однако в двадцатом веке метафизические дискуссии о красоте возродили Хайдеггер и Гадамер. Философия красоты и искусства сегодня является одним из важных разделов философии.

Дальневосточная мысль

Дальневосточная мысль имеет три основные традиции: даосизм, конфуцианство и буддизм. Эти традиции переплетаются, образуя общий фон, на котором формировались их переживания и представления о красоте.

В отличие от западной философии, Восток не разработал абстрактную теорию красоты. Красота обычно обсуждалась в этическом (конфуцианство) и космологическом (даосизм) контекстах.

Китайский иероглиф «красота» (美) состоит из компонентов «овца» (羊) и «большой» или «великий» (大). Как описал Конфуций в Analects, овца — это животное, используемое в религиозных ритуалах в качестве подношения Небесам. Таким образом, красота означает «великую жертву», что означает «самопожертвование».»Традиционные добродетели, такие как сыновнее почтение и верность, предполагают это самопожертвование, и поэтому считались благородными и красивыми. Поэтому красоту часто приписывают добродетельным поступкам, хорошему характеру и образцу жизни. ее верность мужу; красота сына в его сыновней почтительности к своим родителям; и красота в предмете его преданности королю. Между прочим, китайские иероглифы добра (善) и справедливости (義) аналогичным образом содержат компонент «овца» (羊).

Красота также понималась как часть природы. Природа — это совокупность космоса, который включает в себя и человеческую жизнь. «Быть ​​естественным» означает «быть подлинным». В частности, в даосизме этика и космология слились с натурализмом. Красота понималась как естественное выражение космоса и норма человеческого поведения.

Вопросы по красоте

Субъективные и объективные элементы в красоте

Классические греки и средневековые христиане понимали красоту как прежде всего то, что объективно существует в мире, прослеживая ее в божественном царстве.Именно в этом контексте можно понять знаменитые аргументы Фомы Аквинского в пользу существования Бога «по степени совершенства» и «по замыслу». Однако с появлением эстетики в современной философии роль субъекта в восприятии красоты стала важным вопросом. Эстетика была предназначена для обсуждения того, как чувственное восприятие человека как объекта происходит при оценке красоты. Кант обсуждал эстетические суждения о красоте с точки зрения субъективных чувств человека, хотя они не являются чисто субъективными, поскольку Кант утверждал, что они имеют универсальную значимость.Одна из причин, по которой Кант хотел избежать греческого и средневекового объективистского подхода, заключалась в том, что он критиковал томистские аргументы в пользу существования Бога. Гораздо более субъективистами, чем Кант, были его современники, такие как Дэвид Юм (1711–1776) и Эдмунд Берк (1729–1797), согласно которым красота субъективна в том смысле, что она во многом зависит от отношения наблюдателя. Баумгартен и Г. Э. Лессинг (1729-1781), напротив, были объективистами.

Хотя это правда, что объект действительно содержит физические элементы красоты, которые находятся в гармонии, верно также и то, что объект сам по себе не может определять ценность красоты.Определение красоты также включает в себя субъект, имеющий определенное отношение и предвзятое понимание. Считается, что Кант был посредником между объективистскими и субъективистскими позициями, упомянутыми выше. Его Критика суждения объясняет это в терминах «свободной игры» или «свободной гармонии» между воображением и пониманием. Эта свободная игра представляет собой чувство «бескорыстного» удовольствия в неконцептуальном, если не эмпирическом, состоянии ума. Хотя использование Кантом термина «бескорыстный» может вызвать некоторые вопросы, его осознание того, что суждение о красоте исходит как от субъекта, так и от объекта, «вероятно, является наиболее отличительным аспектом его эстетической теории.» [1]

Степень, в которой субъективное влияние влияет на восприятие красоты, имеет отношение к обсуждению популярных вкусов в фильмах или музыке. Ценности людей влияют на типы и жанры фильмов, которые они смотрят, и музыку, которую они слушают. Негатив Реакция современных взрослых на порой жестокие и эксплуататорские тексты хип-хопа отражает тревогу предыдущего поколения по поводу рок-н-ролла в 1960-е. Эти субъективные влияния часто связаны с моральными чувствами, к которым мы обратимся дальше.

Нравственная красота

Очарование обманчиво, а красота тщетна
а женщина, боящаяся Господа, достойна похвалы. (Притчи 31:30)

Этот отрывок из Библии резюмирует традиционное иудейское и христианское представление о красоте, которая является в первую очередь моральной добродетелью (ср. Исаия 61:10, 1 Петра 3: 3-4). Приведенный выше отрывок из Притч 31: 10-31, великолепное описание добродетельной жены, восхваляет ее за такие добродетели, как благоразумие, трудолюбие, милосердие и верность мужу.Подобным образом Конфуций писал:

Именно добро придает красоту окрестностям. (Аналитика 4.1)

Дальневосточная мысль фокусируется не на личных добродетелях, а на отношениях в семье и обществе, таких как сыновнее почтение (нравственная красота, демонстрируемая ребенком своим родителям), верность / целомудрие (нравственная красота от жены). по отношению к мужу) и верность (нравственная красота, проявляемая человеком по отношению к начальнику). Но эти индивидуальные добродетели и добродетели семьи / группы пересекаются без каких-либо разрывов.Различные виды нравственной красоты или добродетели кажутся даже более важными, чем красота в природе и искусстве, потому что они ведут в божественное царство больше, чем естественная красота и красота в искусстве (греческое и средневековое), или более прямо отражают небеса (Дальний Восток). По словам французского философа Виктора Кузена (1792-1867), унаследовавшего традицию древнегреческой философии, «нравственная красота — основа всей истинной красоты». [2]

Естественная красота

Есть ли что-то в лице и фигуре подающей надежды молодой женщины, что мужчина считает красивым, независимо от культуры, времени и места? Можно утверждать, что природа создала (в процессе эволюции) разум взрослого мужчины так, чтобы он реагировал на форму и движения взрослой женщины чувствами влечения и красоты.В этом смысле красота уходит корнями в природу. Это нечто само собой разумеющееся, то, что культура может изменить, но никогда не испортить. Можно ли то же самое сказать о музыке Баха или скульптурах Микеланджело — вызывают ли они чувство прекрасного у всех людей, независимо от культуры, времени и места? Они могут в той мере, в какой они выражают сущность природы и ее основной замысел.

Красота фуги Баха может быть основана на принципах математики. Интересно, что в этой области происходит дискуссия между реалистами и конструктивистами.Реалисты, следуя классической традиции, видят задачу математика в открытии закономерностей и законов, которые уже существуют в ткани природы, в то время как конструктивисты рассматривают математику как произведение человеческого разума и воображения, которое может выходить за рамки реальности.

Что объединяет взгляды классических философов, христианских мыслителей и дальневосточной мысли, так это всеобъемлющий взгляд на красоту, объединяющий красоту природы, искусства и нравственную красоту как одно целое. Они ищут то, что можно назвать абсолютным эталоном красоты, изначальной красотой Создателя.

Банкноты

Список литературы

  • Эко, Умберто. Искусство и красота в средние века . 2-е изд. Перевод Хью Бредина. Издательство Йельского университета, 2002. ISBN 0300093047
  • Эко, Умберто. История красоты . Перевод Аластера МакИвена. Rizzoli International Publications, 2004. ISBN 0847826465
  • Feagin, Susan L. и Patrick Maynard. Эстетика . Oxford University Press, 1998.
  • Хофштадтер, Альберт и Ричард Кунс. Философия искусства и красоты . Издательство Чикагского университета, 1964.
  • Кант, Иммануил. Критика суждения . Перевод Вернера Плухара. Hackett Publishing Company, 1987. ISBN 0872200256
  • .

  • Навоне, Джон. Наслаждаться красотой Бога . The Liturgical Press, 2003.

Внешние ссылки

Все ссылки получены 25 мая 2016 г.

Источники общей философии

Кредиты

New World Encyclopedia Писатели и редакторы переписали и завершили статью Wikipedia
в соответствии со стандартами New World Encyclopedia .Эта статья соответствует условиям лицензии Creative Commons CC-by-sa 3.0 (CC-by-sa), которая может использоваться и распространяться с указанием авторства. Кредит предоставляется в соответствии с условиями этой лицензии, которая может ссылаться как на участников New World Encyclopedia , так и на самоотверженных добровольцев Фонда Викимедиа. Чтобы процитировать эту статью, щелкните здесь, чтобы просмотреть список допустимых форматов цитирования. История более ранних публикаций википедистов доступна исследователям здесь:

История этой статьи с момента ее импорта в Энциклопедию Нового Света :

Примечание. Некоторые ограничения могут применяться к использованию отдельных изображений, на которые распространяется отдельная лицензия.

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.